— Вам любопытно? — спросил мой визави.
— Да, — не стал скрывать я.
— Возможно, Вы проявляете даже излишнее любопытство, — намекнул Лорд Акио.
— Например, — не обращая внимания на его колкость, сказал я, — мне было бы любопытно знать, украшена ли жемчугом рукоять вашего рукавного кинжала.
— А Вы наблюдательный, — усмехнулся он. — Нет, у него простая рукоять из темового дерева, инкрустированного жёлтой керамикой.
— Замечательно, — похвалил я.
— Это лучше всего подходит к моим одеждам, — пояснил даймё.
— Но ведь этот нож спрятан в рукаве, — напомнил я. — Какая разница? Кто об этом узнает?
— Об этом знаю я, — заявил он.
Хотя мне и была предоставлена большая свобода передвижения по дворцу, саду и окружающей территории, с их мастерскими, кладовыми, складскими помещениями и многочисленными вспомогательными зданиями, включая пекарню, коптильню и пивоварню, доступ в определённые помещения мне был запрещён. Похоже, пани относились к таким местам как додзё, апартаменты офицеров, казармы, арсеналы и так далее с особым пиететом. Вокруг здания имелись кухни и столовые для челяди. Также я нашёл загоны верров и тарсков, даже не заходя внутрь, это было ясно по характерному запаху. Была здесь и маленькая сыроварня, на которую поставляли молоко верров и получали производные продукты, прежде всего, сыры.
Когда несколько дней назад меня вызвал к себе Лорд Темму, я прибыл в его замок на спине тарна. Само собой, что случилось с тем тарном, мне было неизвестно. У меня не было особых сомнений в том, что Тиртай, в руки которого мне передали, чтобы позже он доставил меня Лорду Ямаде, был знаком с поводьями и седлом тарна. Если он, как я подозревал, был из чёрной касты, то это считалось почти что само собой разумеющимся. От ассасина по определению ожидается, что он должен быть хитрым, уметь появляться в полной тишине, стремительно исполнять свою задачу и также быстро и бесшумно исчезать. Его присутствие в замке Лорда Темму заставляло предположить, что он, возможно, прибыл на своём собственном тарне. В этом не было ничего невозможного. Мне казалось маловероятным, что он мог бы прибыть открыто, например, пешком, как легат или кто-то в этом роде. Мы знали, что после уничтожения нашего первого лагеря, часть тарнов была убита, другие были выпущены на свободу нашим вспомогательным персоналом, чтобы дать им шанс выжить, вернувшись к дикому состоянию. С другой стороны, конечно, не следовало исключать и того, что несколько птиц могли попасть в руки врага. Впрочем, никакой достоверной информации об этом у нас не было. По моим расчётам, в беспамятстве я пробыл примерно восемь дней, правда, я не знал, как или когда меня доставили в местность подконтрольную генералу Ямаде. Если исходить из вовлечённого времени, то было вполне вероятно, что во дворец меня транспортировали в фургоне или на телеге от самых окрестностей замка. Но с другой стороны, учитывая возможные трудности, которые были бы в это вовлечены, у меня имелись веские причины сомневаться в подобном способе моего появления здесь. Самым логичным казалось предположение, что были задействованы два тарна, мой и тот на котором в крепость прибыл Тиртай. В любом случае тарн, на котором я прилетел в замок Лорда Темму, не должен был остаться там. Это могло пробудить подозрения. Зато его отсутствие должно было бы заставить предположить, что я вернулся в лагерь. Также я с ходу отметал мысль, что для этих целей могли бы использовать тарна посыльного, постоянно дежурившего в замке Лорда Темму, поскольку это привлекло бы внимание и пробудило любопытство. Помнится, ни Лорд Нисида, ни Лорд Окимото не были приглашены на нашу встречу с Лордом Темму. Там присутствовали только Даичи и, к моему удивлению, от которого теперь не осталось и следа, Сумомо. Хотя в настоящее время о местонахождении Сумомо мне ничего известно не было, но хватало причин заключить, что Лорд Ямада, разгневанный на неё, посредством изобретательных пророчеств Даичи, смог устроить так, что она уже находилась где-нибудь в его землях, возможно, прямо во дворце, и с ней обращались как с незадачливой шпионкой. В общем, учитывая все факты и предложения, мне казалось наиболее вероятным, что, несмотря на вовлечённое время, я был погружен на моего собственного тарна, который был привязан к тарну Тиртая и был доставлен в какой-нибудь пункт, определённый генералом Ямадой. Однако за прошедшие несколько дней ни разу не слышал криков тарна, соответственно, предположил, что, если в распоряжении Лорда Ямады и имелся одни или более тарнов, то в непосредственной близости от дворца их не держали.
— Раз уж мне всё равно любопытно, — сказал я, — осмелюсь поинтересоваться, имеются ли где-нибудь в окрестностях тарны.
— Любопытство — не порок, но некоторые могут быть слишком любопытными, — неодобрительно покачал головой Лорд Акио.
— Я предполагаю, что это возможно, — не отступал я.
— Возможно, — нахмурился мой собеседник, — у вас имеются мысли захватить такую птицу и сбежать, невоспитанно унизив гостеприимство сёгуна.
— Это было бы непростительной грубостью, — признал я.
