— Очень, — кивнул Таджима. — Красивый сад.
— Но Вы не задержались там, — укорил его сёгун.
— Когда красоты слишком много, она угнетает, — пожал плечами офицер.
На лице Сумомо мелькнула улыбка.
— Я имел в виду сад, — пояснил мой друг.
— Конечно, — сказала Сумомо.
— Возможно, он не был уверен в своей сдержанности, — прокомментировал Лорд Акио.
— Мой друг пошёл бы на многое, чтобы ни у кого не возникло ни малейших сомнений в его чести, — сообщил я.
— Я, как отец, могу гордиться, — заявил Лорд Ямада, — что моя дочь столь красива и опасно очаровательна.
— Просто я почувствовал первые капли дождя, — пояснил Таджима.
Негромкий сердитый всхлип вырвался у Сумомо.
— В саду сейчас темно, — констатировал сёгун глядя поверх длинного низкого стола в открытый дверной проём, за которым раскинулся сад, — Небо затянуло тучами.
— Так и есть, — кивнул Таджима.
— Возможно, в следующий раз, — с благожелательной улыбкой сказал Лорд Ямада.
— Возможно, — осторожно пообещал Таджима.
— Нам сегодня подали одиннадцать вариантов риса, — сказал сёгун, — по-разному подготовленного, с тушёным мясом, с лапшой, в пирогах, и по-разному заправленного с дюжиной соусов и специй. Также прошу отдать должное дарам моря и берега, доставленным из четырёх моих рыбацких деревень. Здесь моллюски и устрицы, грунты и сумчатые рыбы, поющие рыбы и акулы, угри и осьминоги, летучие рыбы, парситы и кальмары.
— Спасибо за великолепный стол, — поблагодарил я генерала.
— Я рад, что вам пришлись по вкусу мои скромные угощения, предложенные вам, — ответил сёгун.
— Она мне не поверила, — вполголоса сообщил мне Таджима, перейдя на английский.
— Я на это и не рассчитывал, — ответил я тоже по-английски.
Через распахнутые двери донёсся шорох капель воды, упавших на листья деревьев. Начинался обычный для этого времени года дождь.
— Ночные Певцы смолкли, — отметил я.
— Дождь, — констатировал Лорд Акио.
— Возможно, стоит закрыть двери, — предположил я.
— Позже, — отмахнулся Лорд Акио.
— Зажгите фонари, — велел Лорд Ямада, и дежурившие в зале асигару, бросились к свисавшим с крюков фонарям.
Эти фонари были сделаны из разноцветной бумаги, так что вскоре зал засиял смесью самых разных оттенков, и при этом все эти цвета не смешивались, а каждый, казалось, усиливал другой. Мне это напомнило об архитектуре последовательности деревьев и камней, клумб и цветов в саду снаружи, с их музыкой шелеста и ароматов.
— Двоим из наших уважаемых гостей, — заговорил Лорд Ямада, — после того, как они ознакомились с моими предложениями, ясно дающими понять мою кредитоспособность и добрую волю, пора собираться на рандеву с одним или более своими товарищами, после чего они возвратятся в лагерь своего отряда. Там они заверят бойцов кавалерии в том, что их командующий, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, здоров и находится в безопасности. Заодно они отнесут мои наилучшие пожелания и гарантии моей дружбы. И тогда, я надеюсь, кавалерия, в свете того, как вероломно поступили с их командующим, Тэрлом Кэботом, тарнсмэном, предав его в руки предполагаемого врага, но на самом деле друга, поняв ужасную несправедливость дома Темму, благородство моего дела, мудрость и выгоды союза со мной, присягнут дому Ямады и встанут под флаг Сёгуна Островов.
— Это может занять время, великий Лорд, — сказал я. — Вероятно, потребуется уладить некоторые вопросы, обговорить условия, провести переговоры и так далее.
— Конечно, — согласился он. — А тем временем, мы верим, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, согласится продолжать наслаждаться нашим гостеприимством.
Я благосклонно кивнул.
— Сесилия, — позвал я.
— Господин? — с готовностью отозвалась девушка.
Зачерпнув горсть рисовой лапши из мелкого блюда, стоявшего справа от меня, я протянул угощение через стол. Рабыня, наградив меня благодарным взглядом, поспешила ко мне, опустилась на колени и склонила голову. Я держал руку так, чтобы она могла взять рисовую лапшу с моей ладони. Девушка набросилась на еду с жадностью голодного зверя, и я заключил, что, скорее всего, прошло уже несколько анов с того момента, как рабынь в загоне кормили. Обычно первый раз полевым рабыням дают пищу на рассвете, а то и раньше, перед тем, как отправить их в поле. В полдень им дают воды и горстку проса. Считается, что им этого достаточно. После возвращения в загон, они получают свою вечернюю порцию. Задерживаться у корыт им не разрешают, ни утром, ни вечером. Сегодня, учитывая запланированный ужин во дворце и предстоящий отбор, рабынь в поле не посылали, а оставили в загоне, так что полуденная порция проса прошла мимо них. Соответственно, вполне вероятно, эти три обслуживавшие нас рабыни не ели с самого утра.
— Рабыня благодарна, Господин, — сказала Сесилия, поднимая и глядя на меня.
Жестом я показал, что она должна вернуться к столу распорядителя банкета, что она и поспешила сделать.
— Джейн, — окликнул Пертинакс, и та поторопилась подойти к нему, чтобы получить свою порцию.
Она, как и Сесилия, была накормлена с руки, после чего, по жесту Пертинакса, возвратилась в своё прежнее место у стола обслуживания.
