29 марта 1961 года Государственная комиссия по запуску «Востока» выслушала доклад Королева. Он рассказал, что два последних беспилотных пуска «Востока» 9 и 25 марта прошли успешно, и заявил, что ракета-носитель и космический корабль «Восток» готовы к полету человека. После обсуждения председатель комиссии Константин Руднев спросил каждого члена комиссии, одобряет ли он лично запуск космического аппарата с космонавтом на борту. Все согласились. Далее дело было передано на рассмотрение председателю комиссии президиума Совета министров СССР по военно-промышленным вопросам Устинову359.
РАССКАЗ ИНЖЕНЕРА
Из записной книжки Бориса Чертока, заместителя Королева по управлению космическими кораблями
2 марта 1961. В 18.30 [заседание] в Кремле у Дм[итрия] Фед[оровича] [Устинова]
С[ергей] П[авлович] [Королев]
1) Все надежно – больше нам эти пуски ничего не дадут.
2) Опубликовать сразу по выходе на орбиту, чтобы в случае чего иметь приоритет – приводился пример стратостата «СССР». Усыскин и др. «Они погибли, но рекорд за СССР держали 22 года».
Зам пр[едседателя] КГБ предложения все поддержал, но предл[ожил] просмотреть, что можно уничтожить в случае приз[емления] на чужой тер[ритории].
Но в докладе СП: «Удачная трасса до 236[-й] сек[унды] приземл[ение] в случ[ае] отказа Д[вигательной] У[становки] только на нашей тер(ритории), с 236 по 272 – только в океан до мыса Горн. С 273 уже спутник. Т[аким] о[бразом] только одна сек[унда] дает Атл[антический] океан, Африку, Турцию и Черное море».
Что лучше? Гибель в океане или жизнь, но приземл[ение] на чужой тер[ритории]?360
Советское руководство, по-видимому, было больше обеспокоено перспективой приземления Гагарина в чужой стране, чем угрозой падения корабля в океан. Королев, очевидно, признавал, что полет «Востока» был связан со значительным риском, но, по его мнению, для свершения такого масштаба высокая степень риска была приемлемой. Он привел в пример подвиг экипажа советского стратостата «Осоавиахим-1», который в январе 1934 года установил новый мировой рекорд высоты ценой своих жизней361. Спустя несколько месяцев после того полета в Академии наук СССР состоялась конференция по изучению стратосферы, где Сергей Королев, тогда еще малоизвестный специалист по ракетной технике, заявил: «Чтобы победить врага, его нужно раньше как следует изучить»362. Этим «врагом» для него стала стратосфера. Став главным конструктором советской пилотируемой космической программы, Королев считал, что космонавты должны быть готовы к самопожертвованию подобно бесстрашным летчикам 1930-х годов.
После прохождения Военно-промышленной комиссии последним препятствием на пути к запуску «Востока» было получение согласия Президиума ЦК КПСС, главного руководящего органа Советского Союза. 30 марта высшие военные чины и руководство оборонной промышленности представили партии совместный меморандум, в котором предлагали осуществить запуск пилотируемого космического корабля-спутника в период с 10 по 20 апреля. Они подтвердили безопасность предлагаемого полета, ссылаясь на положительные результаты недавних летных испытаний беспилотной версии «Восток-1» и его модификации для пилотируемого полета «Восток-3А».
ДОКУМЕНТ
Докладная записка в ЦК КПСС, 30 марта 1961 г.
Из пяти пусков кораблей-спутников «Восток-1» три были удовлетворительными и дали большой материал для обеспечения в дальнейшем нормальных полетов космических кораблей. Два последующих пуска кораблей-спутников «Восток-3А», конструкция которых полностью соответствует конструкции кораблей, предназначенных для полета человека, прошли успешно363.
