Каманин обдумывал, как интерпретировать замечание Гагарина: как трезвую оценку рисков при посадке или как первый признак неуверенности и слабости воли? Следующие несколько дней Каманин продолжал наблюдать за Гагариным и Титовым, отметив у Гагарина «спокойствие, уверенность и твердые знания». Каманин чувствовал, что Титов более волевой человек, но решил, что лучше подготовленный космонавт потребуется для второго, гораздо более длительного и сложного полета. 8 апреля на заседании Государственной комиссии по запуску «Востока» Каманин объявил, что Юрий Гагарин будет пилотом, а Герман Титов – его дублером. Комиссия единогласно одобрила его выбор374.
Другой важный вопрос, обсуждавшийся на заседании Государственной комиссии 8 апреля, касался секретного кода для так называемого «логического замка». Опасаясь, что космонавт может потерять рассудок на орбите, конструкторы корабля предусмотрели специальную техническую защиту от ущерба, который могли бы нанести хаотические действия нестабильного пилота. Они заблокировали ручную систему ориентации при входе в атмосферу с помощью «логического замка» (цифрового кода). Предполагалось, что если космонавту хватит здравого смысла, чтобы нажать три кнопки в определенном порядке, то этим он подтвердит способность принимать разумные решения во время посадки.
РАССКАЗ ИНСТРУКТОРА
Воспоминания Марка Галлая, инструктора по управлению космическими кораблями
Переход в случае необходимости от автоматического управления кораблем «Восток» к управлению ручному был намеренно обставлен дополнительными сложностями. Обнаружив отказ автоматики, космонавт должен был преодолеть специальный «логический замок» – набрать на шестикнопочном пульте определенное трехзначное число (то есть нажать в заданной последовательности три оцифрованные кнопки из имеющихся шести) – и лишь после этого мог включить ручное управление…
Гагарин, его дублер Титов и вся первая шестерка будущих космонавтов надежно освоили эту операцию на специальном стенде-тренажере…
Но за какую-нибудь неделю до полета «Востока», уже на космодроме, ситуация неожиданно осложнилась. Выяснилось, что, во избежание напрасного, не вызванного необходимостью включения космонавтом ручного управления, пресловутое трехзначное число предполагалось в случае надобности… сообщить космонавту по радио…
И загорелся жаркий бой! Все, кто имел отношение к методической стороне предстоящей работы, активно восстали против такого варианта.
– Давайте сравним, – говорили мы, – что более вероятно: потеря человеком способности к разумным поступкам или элементарный отказ радиосвязи?..
–Дадим ему это чертово число с собой в запечатанном конверте,– сказал Главный [конструктор Королев]375.
За день до старта Каманин, Галлай и ведущий конструктор «Востока» Олег Ивановский установили код на замок и подписали протокол с указанием секретной комбинации. Шифр был записан на внутренней стороне конверта, конверт запечатан и приклеен на стену кабины.
Вечером Гагарин сел писать письмо родным – своей жене Валентине, которую он ласково называл Валечкой или Валюшей, двухлетней дочери Елене и новорожденной дочке Галине. Его жене было известно, что первый пилотируемый полет произойдет в ближайшие дни, но она не знала, полетит ли Юрий. Не знала она и точную дату: Юрий не хотел ее волновать и сказал, что запуск, скорее всего, состоится 14 апреля. Гагарин написал письмо 10 апреля, в день рождения Елены, но в письме он об этом не упомянул. Другие вещи занимали его мысли.
