В первой половине 1960-х годов советская космическая программа была окружена ореолом славы, демонстрируя один впечатляющий успех за другим: первый полет человека в космос, первый групповой полет, первый однодневный полет, первый полет женщины, первый полет в многоместном корабле и первый выход в открытый космос. Имена и лица первых одиннадцати космонавтов были знакомы любому советскому гражданину, который читал газеты, слушал радио или ходил в кинотеатры. Миф о космонавте – истинном герое, покоряющем космическое пространство с помощью безупречной техники, был связан с более масштабным политическим мифом о Советском Союзе как могучей сверхдержаве, которая воспитывала идеальных героев и создавала сверхнадежные технологии.
Для многих людей во всем мире космонавты – молодые, красивые и энергичные профессионалы, владеющие передовыми технологиями, – олицетворяли собой прогресс и светлое будущее. Но советское партийное руководство хотело большего: они стремились превратить космонавтов в символ воплощения коммунистической мечты. Всего через несколько месяцев после исторических полетов Гагарина и Титова оба космонавта должны были появиться на XXII съезде партии в Москве, чтобы выступить наглядным примером нового советского человека, которому должна подражать советская молодежь. В августе 1962 года Хрущев публично заявил:
Герои-космонавты – это люди, которые уже сегодня воплощают в себе прекрасные черты человека коммунистического общества – высокую интеллектуальную культуру, нравственную чистоту и физическое совершенство, их поступками движут любовь к Родине, чувство общественного долга, благородные идеалы коммунизма599.
У всех космонавтов первого отряда, состоявшего из двадцати молодых военных летчиков, были схожие биографии и профессиональное образование. За редким исключением все они родились между 1933 и 1935 годами, были свидетелями ужасов Второй мировой войны, но, будучи детьми, не участвовали в ней. Некоторые, как Гагарин, проживали на территории, оккупированной нацистами. Многие, как Гагарин, происходили из крестьянских семей и не имели высшего образования. Большинство из них поступили в военное авиационное училище сразу после окончания средней школы. К концу 1959 года, когда их отобрали в отряд космонавтов, большинство из этих молодых людей прослужили военными летчиками всего два-три года и имели звание старшего лейтенанта. Только двое окончили академии ВВС; только один прошел обучение как инженер-испытатель. Большинство начинающих космонавтов имели небольшой летный опыт. Гагарин, например, набрал всего 230 часов налета. Шестнадцать из двадцати были этническими русскими. После того как украинец Владимир Бондаренко погиб в результате несчастного случая, а татарин Марс Рафиков был исключен из отряда за недостойное поведение, в группе остались только двое нерусских600. Генерал-майор Леонид Горегляд, участвовавший в отборе космонавтов, отметил, что у всех космонавтов история жизни была одинаковой601.
Чтобы из группы молодых пилотов, не имевших опыта общения с прессой, сделать профессиональных агитаторов за коммунизм, нужно было приложить немало усилий. Как позже признался второй в истории космонавт Герман Титов, он «очень боялся журналистов. Все-таки нас учат летать в космос, а не выступать на разных официальных и импровизированных пресс-конференциях»602. Генерал-лейтенант Николай Каманин до мельчайших деталей прописывал сценарии поведения космонавтов на публичных мероприятиях. В частности, Каманин тщательно подготовил первое публичное выступление Гагарина перед советским руководством в аэропорту «Внуково». Он сам написал текст рапорта Гагарина Хрущеву, и они потратили полчаса, репетируя речь всего в 66 слов. Каманин остался доволен репетицией, удовлетворенно отметив, что еще до полета разглядел в Гагарине ораторский потенциал603.
