Все перечисленные выше духи, кроме разве демонов, не злы и не добры, но довольно капризны и злопамятны. Если люди нарушают их покой и не соблюдают положенных ритуалов, они насылают болезни, засуху, падеж скота, голод и смерть. Поэтому люди почитают духов и приносят им жертвы. Однако духов часто трудно понять, потому для общения с ними нужны посредники – жрецы, называемые шен, а также бонпо или лхапа, выполняющие особые ритуалы и распоряжающиеся обрядам приношения жертв.
Танка, изображающая лам линии передачи традиции Шанг-Шунга. Частное собрание. Германия
Родиной бон большинство исследователей считают государство Шанг-Шунг, центром которого являлись священное озеро Мансаровар и гора Кайлас – легендарная страна Олмо. Цари из Ярлунгской династии покорили Шанг-Шунг, и оттуда бон распространилась по всему Тибету. Однако сегодня последователей этой религии больше всего не на западе страны, где находился Шанг-Шунг, а в отдаленных северных и северо-восточных районах – в Амдо и Каме. Ученые объясняют это тем, что после убийства цэнпо Ландармы, поражения в борьбе с буддизмом и гонений на последователей бон они бежали в труднодоступные горные и пустынные районы, где и сохраняли свое учение.
Начиная с правления первого легендарного Ньяти Цэнпо особые жрецы бон, называемые кушен, охраняли монарха от порчи и вреда, давали детям правителя «секретные» имена на шанг-шунгском языке, совершали обряды очищения и предсказания. Первосвященник бон наряду с цэнпо и первым министром входил в триаду, управлявшую государством. А шанг-шунгские принцессы регулярно становились супругами тибетских владык. Так было вплоть до времен 33-го цэнпо Сонгцэна Гампо, который, помимо того что «впустил» в страну буддизм, смог завоевать Шанг-Шунг… Вот как об этом рассказывают тибетские легенды.
Дело было за малым – победить Лигмягя, царя Шанг-Шунга. А в открытом честном бою это было просто невозможно – слишком разные весовые категории. Поэтому в Шанг-Шунг был послан другой министр, хитрый и красноречивый Нангнам Лэгдруб. У Лигмягя было три жены, и младшей из них считалась 18-летняя Нангдрон Лэгмэ из рода Гуруб. Именно к ней обратился министр, преподнеся ей в дар рог яка, наполненный золотым песком. «Ай да неуважение! – воскликнул он. – Такая красивая и достойная женщина, и всего лишь младшая жена! Вот если бы цэнпо Тибета захватил Шанг-Шунг, он сделал бы вас главной супругой и подарил две трети княжества!» Размягшая от комплиментов и обещаний, Нангдрон Лэгмэ согласилась помочь. Она ответила: «У князя такое войско, что оно могло бы заполнить весь Тибет. А войско цэнпо едва ли займет узкую полоску на спине пестрой коровы – в открытом бою ему не победить. Но Лигмягя можно одолеть хитростью и коварством. В следующем месяце он отправится в Сумпу на важную религиозную церемонию. Устрой засаду и убей его! Я подам тебе знак».
В назначенный срок Сонгцэн Гампо прибыл на место с несколькими тысячами воинов и обнаружил там чашу с водой, в которой лежали три предмета: раковина, кусочек золота и отравленный наконечник стрелы. Как мы знаем, он был искусен в разгадке символов и сразу все понял: правитель Шанг-Шунга появится здесь в первый день полнолуния следующего месяца. Войска нужно спрятать в Золотой и Перламутровой пещерах у озера Дагра, подстеречь врага и заманить его в засаду, чтобы уничтожить. В точности выполнив инструкции Нангдрон Лэгмэ, цэнпо убил соперника и без труда подчинил себе Шанг-Шунг.
Тибетская танка с изображением Олмо Лунгринг, родины Шенраба Миво. XIX в. Музей искусства Рубина. Нью Йорк, США
