Уже при жизни Еше О «новые веяния» утекли за границы его небольшого государства, где их творчески переосмысливали или попросту извращали. В основном это было связано с сексуальными практиками и ритуальными убийствами, дозволявшимися «святым людям», как мы уже выяснили на примере Падмасамбхавы, но запретными для простых смертных, которым «все равно очень хотелось». Из-за отсутствия центральной власти Лха Лама мог бороться с «еретиками» только методами пропаганды и публицистики, сочиняя стихи, в которых бичевал практику извращения истинного учения.
Еще одним страстным желанием Еше О, который во всем старался подражать легендарному цэнпо Тисонгу Дэцену, было заманить в Гуге иностранную знаменитость, ученого пандита, который бы наставил тибетцев в истинной вере. Такого человека его эмиссары нашли в Индии – в Бикрампуре, столице империи Пала, завоевавшей северо-восток полуострова, в семье бенгальских аристократов. Звали его Атиша, родился он в 982 году, с детства изучал буддизм и стал, как гласит легенда, «учеником ста учителей». В 21 год он принял монашеские обеты и продолжал изучать канон, а в 1011–1022 годах с сотней учеников посетил остров Суматру, где обучался у тамошних гуру.
Способ, которым Еше О хотел заманить Атишу в Тибет, был очень даже прозаичным – жители Гуге собрали много золота для подношения монастырю, в котором обитал учитель. Тот сначала отказался, а затем на Гуге напало племя карлуков, захватило Еше О в плен и потребовало отдать золото, равное его весу. Однако Лха Лама категорически запретил подданным выкупать себя, настаивая, что деньги предназначены для гуру: «Я стар, все равно скоро умру, пусть лучше приедет Атиша». Вся эта история растрогала пандита, и он согласился заглянуть в Тибет годика на три. Судя по тому, что приехал он в 1024 году, а Еше О жил еще много лет после, с карлуками вопрос о выкупе удалось решить каким-то иным способом.
Сначала Атиша рассчитывал пробыть в Тибете всего три года, но когда подошел срок возвращения, дорога назад через Непал оказалась закрыта из-за войны, и тогда учитель решил посетить Центральный Тибет. Когда Атиша и его ученик Дромтонпа прибыли туда, у селения Палтанг встречать их вышла большая толпа людей. «Кто это такие?» – спросил гуру. «Местные вожди-священники вышли встречать тебя», – ответил Дромтонпа. «Если ли надобность в моих проповедях, если тут так много буддистов?» – удивился монах. Тем временем встречавшие подошли ближе, и Атиша увидел, что вожди-священники одеты в дорогие одежды, увешаны драгоценностями и ведут за собою толпу слуг. Скептически наблюдая за всем этим, индийский гость согласился, что его проповеди аскетизма и умеренности будут тут весьма кстати.
Неизвестный автор. Портрет Атиши. XI в.
В итоге Атиша остался в Тибете до самой своей смерти в 1054 году. Он написал, перевел и отредактировал большое количество «новых» сочинений, при этом также переводил «старые» санскритские книги, найденные тут ранее. Его главный ученик, тот самый Дромтонпа, «собрал творчество учителя и объяснил его доступно», создав новую школу – Кадам.
Но не только школа Кадам вышла из недр Сармы. В X и XI веках в Индии жили учитель Тилопа и его ученик Наропа, махасиддхи, монахи и мастера тантры. А в Тибете в 1012 году в семье помещиков родился Марпа Дарма Вангчук, человек необузданного и упрямого характера, получивший в два года новое имя Марпа Чокьи Лодрё и отданный родителями в ученики самому Дромтонпе, научившему юношу классическому санскриту. Когда Марпа подрос, он продал свою часть наследства и отправился в паломничество в Индию, где стал учеником Наропы.
Сам Наропа так охарактеризовал своего подопечного:
Когда деньги закончились, Марпа вернулся в Тибет, завел семью и хозяйство, совершил еще два путешествия в Индию, стал одним из авторитетнейших переводчиков и учителей Тибета, параллельно с этим проповедуя идеи своих наставников и дожив до 1097 года. Ученики Марпы основали школу Кагью, или «красные шапки», ибо монашеские одеяния лам этого течения всегда красного цвета. Отличие этой школы – в устной передаче знаний «шепотом на ухо» и упоре на практический опыт в противовес теоретическим рассуждениям.
