Аку Тэмбэ (Аку Томба) – это тот же дядюшка Дэнба, один из региональных вариантов произношения его имени. Впрочем, он не так уж и добр и безобиден. В Тибете существовали женские монастыри, которые составляли сильную конкуренцию мужским. Женские голоса, читающие молитвы, звучат мелодичнее, их охотнее звали на церемонии и празднования, и монахи несли большие убытки. И тогда по странному совпадению Аку Тэмбэ начал ездить по женским монастырям и соблазнять монашек – целыми группами. Репутации монахинь был нанесен такой урон, что женские монастыри в Тибете не оправились от такого удара до сих пор… Так что Аку Тэмбэ известен прежде всего как плут и обманщик, а шутки у него – довольно злые и вредные.
Несколько женщин из Лхасы возвращались с реки, где набирали воду в сосуды, которые прикреплялись к их головам. Повстречался им прославленный лгун Аку Тэмбэ, и пристали они к нему, чтобы тот о чем-нибудь соврал.
– Нашли время шутить шутки – смотрите, какой на небе сильный пожар! – недовольно вскричал плут.
Женщины задрали головы, чтобы поглядеть на небо, и вся вода из их сосудов вылилась на землю.
Одна старуха выделывала овчину. Аку Тэмбэ захотел поживиться результатом ее труда и сказал:
– В молодости, должно быть, ты была редкая красавица!
Старуха оставила овчину, начала гладить волосы и прихорашиваться, спросив, как его зовут.
– Зовут меня Вчера Взял, – ответил Аку Тэмбэ, после чего схватил овчину и убежал.
Пожаловалась старуха судье на то, что овчину у нее украли.
– Кто украл? – спросил судья.
– Вчера Взял, – ответила женщина.
– Глупая старуха, ты, видно, из ума выжила! – крикнул судья и велел ее прогнать.
Пришел Аку Тэмбэ к одному человеку, который из любопытства попросил его соврать о чем-нибудь.
– Нету сейчас со мной книги с враньем, – посетовал Аку Тэмбэ. – Дай-ка мне лошадь, я съезжу домой, возьму ее, вернусь и точно что-нибудь совру.
Глупый человек отдал обманщику лошадь и с тех пор ни ее, ни его больше никогда не видел…
Только в одном месте Тибета не мог Аку Тэмбэ обманывать людей – в Пэмбу, месте жительства больших плутов. Там его самого обманули целых три раза.
Пришел он как-то в Пэмбу с бубном (по-тибетски «нга», и так же звучит слово «пять»). Люди его спрашивают:
– Это у тебя что в руках?
– Нга.
– Да где же пять – только один!
Разозлился Аку Тэмбэ, что его подловили, бросил бубен на землю, тот и раскололся.
– Вот, смотрите, теперь пять – две половины, да обод деревянный, да кожа, да колотушка!
– А это что? – спрашивают жители Пэмбу про колотушку.
– Ученик бубна, – отвечает Аку Тэмбэ.
– Это что, у тебя ученик бьет учителя? – снова подловили его местные плуты.
В третий раз дело было так. Дети в Пэмбу варили уху. Подошел к ним Аку Тэмбэ и решил бесплатно угоститься.
– Дети, идите, соберите скот, а я пригляжу за ухой, пока она варится.
– Сам иди скот собирай, как управишься – уха и сварится, – отвечали хитрые дети.
Пошел Аку Тэмбэ собирать скотину, а дети сварили уху и съели, а рыбьи кости с хвостами воткнули между камней. Когда же он возвратился, плутишки закричали:
– Смотри, Аку Тэмбэ, рыба в камни уходит!
Так и оставили обманщика без ухи.
В древности и Средневековье тибетцы верили в то, что каждый человек связан с небом и с тем местом на земле, где он обитает. Причем не просто психологически, а материально. С небесами связывала му – веревка, нить или даже лестница. Материально ее можно было ощутить как порыв ветра, луч света, святую гору, господствующую над местностью, где живет человек, или даже его разум. Само слово «му» на древнем тибетском означает «небо» и «божество неба».
ЗНАКОМАЯ НИТКА
Это та самая нить, с которой мы уже встречались в рассказах о легендарных правителях. Ньяти Цэнпо спустился с неба на шелковом шнуре и вознесся с его помощью обратно, когда завершилась его земная жизнь. Враг цэнпо Тригума обрезал эту нить, тот упал наземь и разбился, и с тех пор правители Тибета стали смертны. В одном из текстов, относящихся к религии бон, сообщается, что во времена конца света «веревка му будет обрезана снизу доверху богами неба», но те, кто ведет правильную и праведную жизнь, спасутся и смогут вознестись, остальные же канут в небытие.
