Разве это не проектные характеристики, не вяжущиеся ни с какими иными национальными и государственными интересами, кроме интересов США и ограниченного круга ведущих держав Запада?
Здесь мы не приводим количественных показателей, характеризующих конкретные параметры предполагаемых изменений, особенно в отношении предписываемой нам численности населения бывшего СССР и Российской Федерации. Они обнародовались неоднократно, и при желании не составляет большого труда их отыскать. Но обратим внимание на используемый для выведения этих параметров принцип, настойчиво приписываемый народной молвой М. Тэтчер: дескать, для обслуживания инфраструктуры и поддержания ее жизнеспособности (на такой-то территории). требуется неболее. млн чел.». Куда девать остальных, конечно же, не уточняется, потому что говорить об этом «неполиткорректно».
Специально подчеркнем: планировать, а затем проделывать эти вещи, по сути являющиеся преступлениями против человечности, не имеющими срока давности, — в Хиросиме и Нагасаки, в Сонгми, в окрестностях Кабула и Кандагара, в небе над Белградом, в Косово, в Ираке, Триполи и т. д. — можно и «корректно». А вот говорить об этом, называя вещи своими именами, — «некорректно». Что это как не чистый «двойной стандарт» в сочетании с запредельным лицемерием и издевательством над моралью и здравым смыслом?
У подобного отпетого цинизма весьма глубокие корни и респектабельная, в высшей степени «интеллигентная» личина. Когда спрашивают об этом российского либерала-западника, считающего себя «порядочным» человеком, он морщится, но в обсуждение ввязывается. «Ну, не 15 млн, конечно, но. (в несколько раз больше) вполне хватило бы». Вот вам вроде бы и «волки» сыты, и «овцы» целы. Отметим, что подвоха, связанного с другой стороной этого вопроса — почему и в чьих, собственно, интересах он вообще поднимается, наш либерал не улавливает и потому держится вполне уверенно.
При втором вопросе: «Сколько по этой логике хватило бы „млн чел.“ для обслуживания и поддержания инфраструктуры в глобальном масштабе, кому это выгодно и представители каких народов окажутся предпочтительными при отборе?» — «либеральный интеллигент» начинает смущаться и жеманничать. А затем бормочет нечто в том смысле, что «.Дело это, разумеется, темное и грязное, к обсуждению „приличным“ людям не „приличествую-щее“, но вы же знаете, что быстрее всех плодятся нищие, — вам это нравится?».
Когда выводишь логическую цепочку на третий вопрос и спрашиваешь, почему кое-кто не может превратить в нищих наших соотечественников, тем более что это, по сути, уже проделано?», то либерал, опомнившийся и сообразивший, наконец, что к чему, взрывается и, как «потерпевший», верещит о «вековой лени, тупости и пьянстве народа» и о таком же «вековом самодурстве и деспотизме власти» и т. п.
Содержательный разговор с этого момента становится невозможен. Поэтому, как правило, не удается завершить полемику убийственной метафорой шефа гестапо Г. Мюллера. Как свидетельствует в своих мемуарах глава внешней разведки Третьего рейха (СД) В. Шелленберг, в разговоре с ним Мюллер так охарактеризовал фундаментальное отличие русского народа от англосаксов:
Разве «папаша Мюллер» не прав и «западная свалка мусора» этим не занимается? Причем открыто и без всякого стеснения — на наших глазах!
В-третьих, интеграция терминов
В-четвертых, как ключевое звено глобалистской экологической идеологии
—
—