Этот исторический снимок был сделан в Санкт-Петербурге в феврале 1897 г. в один из трех дней свободы, обретенных молодыми революционерами после 14-месячного одиночного заключения, перед ожидающей их последующей ссылкой. Сделан он в фотографии «Везенберг и Ко» на Вознесенском пр., д. 32 (дом сохранился). Вот как об этом вспоминал В. В. Старков: «Выйдя из тюрьмы, мы дружной группой так и пошли по улицам города. Идем взволнованные, возбужденные… и вдруг поравнялись с домом, на котором вывеска — „Фотография“. Через три дня нам придется расстаться. Сошлют нас в холодную, далекую Сибирь, разбросают, кого куда, по ее бескрайним студеным просторам. И в эту самую минуту сама собой родилась мысль: сфотографироваться перед разлукой, сохранить на память карточки, так тогда говорили… И вот каждый получил такую фотографию».
Действительно, судьбы молодых революционеров оказались очень разными. У кого-то жизнь была яркой, но короткой! Кому-то посчастливилось прожить долго и пережить вместе с Россией революции и войны, ужасы и тяготы военно-революционной поры. Кто-то остался верен идеям революционного переустройства мира, кто-то в них разочаровался… Но, безусловно, все они, запечатленные на фото, как и сама фотография, стали частью российской/советской истории.
Михаил внимательно присматривался к товарищам по цеху, наивно надеясь встретить среди них участников «Союза борьбы». Но… безуспешно, пока однажды не помог случай. Как-то в обеденный перерыв он услышал громкий и горячий спор. Высокого роста блондин, работавший на токарном станке недалеко от Калинина, упорно пытался доказать что-то мастеру цеха. Спор шел о расценках. Мастер чувствовал свою неправоту и пытался поскорее свернуть неприятный для него спор. Калинин подошел, послушал и вставил реплику в защиту рабочего. Мастер не стал спорить с двумя рабочими, просто удалился, раздраженно бросив: «Два сапога — пара».
Они познакомились. Иван Кушников, так звали нового знакомого Михаила, тоже искал, но не руководителей, а людей, с кем можно было бы организовать революционную работу. Связь с «Союзом борьбы» у него была. Он установил ее весной, когда приехал из Тулы, где ему и дали явку. Михаил Калинин стал членом новой подпольной ячейки «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», т. е. фактически членом формирующейся РСДРП. В состав группы вошло человек десять из заводских молодых парней. Собирались по разным квартирам. Однажды к ним пришел красивый, сильный парень в студенческой тужурке. Фамилия его была В. А. Фоминых, а называть себя он попросил Петр Николаевич. Понятно, что это были не настоящие его фамилия и имя, а партийный псевдоним. Примерно одного возраста со своими слушателями, пропагандист поначалу смущался, краснел, запинался. Потом освоился, заговорил уверенно, со знанием дела. Рассказал о ведущей тогда среди европейской социал-демократии Германской социал-демократической партии, ее программе, принятой в 1891 г. в Эрфурте. Говорил интересно, ярко, старался излагать материал применительно к условиям России.
