Тюремный комплекс включал два пятиэтажных крестообразных в плане корпуса (традиционная для того времени планировка тюремных зданий, их форма определила название тюрьмы), в которых было 960 камер, рассчитанных на 1150 человек. В одном из корпусов на верхнем этаже изначально находилась пятиглавая церковь Святого Александра Невского. Здесь содержались только совершеннолетние подследственные, которые обязаны были работать. В основном сюда сажали политических заключенных, приговоренных к одиночному заключению. В камере — Евангелие, миска, кружка и ложка. Вещи, как и одежда заключенного, должны были лежать в строгом порядке, иначе — наказание. Действовала тюремная лавочка, где можно было заказать или купить продовольственные товары. Во время Февральской революции 1917 г. восставшие освободили всех заключенных. В ноябре 1918 г. тюремный храм был закрыт, с его куполов были демонтированы кресты, помещение стало использоваться как клуб. В советское и постсоветское время, вплоть до декабря 2017 г., здание по-прежнему использовалась как тюрьма.
В июне случилось невиданное даже для кровавых «Крестов». Во время обеда Михаил Иванович услыхал вдруг дикие вопли в коридоре. Прислушался. Тюремщики избивали кого-то. В настороженной тишине крик о помощи был столь страшен, что нервы не выдержали. Забарабанил кулаками в дверь, закричал неистово: «Прекратите, изверги! Прекратите!» И вся тюрьма всколыхнулась, закричала, застучала, затопала… На этажах захлопали двери. В камеры вбегали озверевшие тюремщики, хватали людей, волокли их по полу, били ногами куда попало. Добрались и до камеры Калинина. Ворвались сразу восемь надзирателей во главе с начальником тюрьмы. Без лишних слов навалились, начали бить. Били долго, упорно, методично, подхлестываемые молчанием теряющего сознание сидельца и хриплыми выкриками начальника тюрьмы: «Так им и надо, мерзавцам! Я им покажу революцию!» Минут через десять на Михаила натянули смирительную рубаху, поверх связали веревками, а потом бросили в подвал, где валялись еще человек сорок избитых.
Месяц после этого пробыл Калинин в «Крестах». А когда несколько оправился, его вызвали в охранное отделение, располагавшееся на Мойке в доме князя Волконского, где держали до ночи. Потом явился один из помощников начальника охраны и сказал:
Пришлось идти в город и как-то перебиваться в ожидании. Спустя несколько дней, 23 июля, Михаил Иванович уже шагал по знакомому Ревелю. Посетил полицейское управление, отметившись о приезде. Начальник Эстляндского губернского жандармского управления доносил в Департамент полиции: «Привлеченный при С.-Петербургском губернском жандармском управлении к дознанию по обвинению в государственном преступлении и отданный под особый надзор полиции крестьянин Тверской губернии, Корчевского уезда, Михаил Иванов Калинин 23 июля сего года прибыл в г. Ревель, особый надзор полиции за ним учрежден»[38].
