Началась полоса легальной работы для тех российских партий, что до сего времени были на нелегальном положении. Через час-другой после большевистского призыва к Таврическому дворцу начали сходиться делегаты, избранные на заводах, фабриках, в воинских частях. Между тем депутаты Государственной думы, собравшись, решили не разъезжаться, а образовать Временный комитет Думы. Одновременно здесь же состоялось первое заседание Совета рабочих депутатов, на котором был избран Временный исполнительный комитет.
Прасковья Ивановна Калинина
Воспоминания о М. И. Калинине
Жизнь в деревне день ото дня становилась все тяжелее. Долгими зимними вечерами, до глубокой ночи, мать и я пряли пряжу; на столе стоит самодельная коптилка, свет от нее слабый, но дыму и копоти много. В избе кругом черным-черно, душно, от дыма ест глаза, несмотря на это мать неутомимо работает. «Холсты-то, уж больно нужны, — говорит она. — Ситец-то давно не продают. Нынче все бабы на деревне красят холсты, да и краски-то нет: в луковой шелухе, да осиновой коре красят. Такие уж получаются рыжие цвета, как ржавое железо, смотреть противно. Вот из такого-то холста ржавого цвета бабы и шьют одежду себе и ребятам, да ты и сама видишь, в чем народ-то одет».
Питались плохо: о сахаре и чае перестали мечтать. Мать, вздыхая, говорила: «До чего же мы дожили, даже соли нет в доме, а как бы хорошо посолить черный хлеб, да в прикуску с холодной водой поесть». Мечтала она.
В феврале 1917 г. в деревне распространились слухи, что в Петрограде бастуют рабочие. С этого времени все чаще и чаще стали поступать всевозможные слухи. Газет и журналов никто не получал, поэтому и никто толком не знал, что же в самом деле делается в Петрограде, но несмотря на эти затруднения, новости распространялись довольно быстро.
Вдруг с быстротой молнии разнеслась весть: «Революция! Рабочие совместно с войсками свергли царя Николая II». Это событие всколыхнуло деревню, она как будто отошла от векового сна. Народ толпами собирался на улице. Шли ожесточенные разговоры и споры. Мужики надеялись на получение земли помещичьей. Ждали декрет о земле, говорили, что должна кончиться война, которая всем страшно надоела и измучила народ. Словом, много было радужных надежд от революции.
Надежды крестьян на лучшую жизнь не оправдались. Все осталось по-старому: земли крестьяне не получили, война не кончилась, а разгоралась еще сильнее. После некоторого подъема и оживления снова в деревне наступил мрак с еще большей силой, чем раньше.
