Одновременно Суслов как бы давал шансы встроиться в новый курс и некоторым другим художникам, причём как из лагеря охранителей, так и из группы прогрессистов. Однако, как и Поспелов, он не был тогда полностью свободен. Безусловно, его тоже во многом сковывало наличие, скажем так, нескольких хозяев: Хрущёва и Маленкова (а ещё раньше в это число входил и арестованный в июне Берия).
Очередной шаг к устранению двоевластия в партии был сделан сразу после Июльского пленума. Уже 11 июля 1953 года Хрущёв, по сути, потребовал у Маленкова в награду за отстранение Берии поделиться с ним частью полномочий. А тот проявил мягкотелость, что в политике вообще-то недопустимо. В итоге было принято постановление: «Выработку повестки заседания и подготовку вопросов к рассмотрению на заседаниях Президиума ЦК возложить на тт. Маленкова и Хрущёва, в адрес которых и направлять материалы, подлежащие рассмотрению в Президиуме ЦК КПСС»[210].
Изменился и порядок проведения заседаний высших партийных органов. Президиум ЦК теперь должен был собираться не раз в две недели, а еженедельно по четвергам, Секретариат же решили созывать каждый понедельник.
Добившись от Маленкова одной уступки, Хрущёв попытался развить успех. На одном из заседаний Президиума ЦК он раскритиковал подготовленный Маленковым доклад для предстоящего пленума ЦК о сельском хозяйстве и взял инициативу в свои руки. Вариант его доклада включал несколько революционных положений, в частности уменьшение сельхозналога, списание части недоимок и увеличение размеров приусадебных участков для колхозов. А подсказал ему внести столь важные решения не кто иной, как Суслов. Это к тому, что Суслов умел не только агитацией заниматься. Он и в хозяйстве знал толк.
Маленков не ожидал от Хрущёва такого напора и на какое-то время растерялся. Потом попробовал было взять реванш и выступил на пленуме с речью об опасности перерождения партийного аппарата. Хрущёв тут же одёрнул его, но затем предложил новую сделку: учредить пост первого секретаря ЦК, взамен пообещав оставить за Маленковым полный контроль над правительством.
Сделка была оформлена 7 сентября. Хрущёв прямо перед самым закрытием работы пленума как бы мимоходом предложил ввести в партии новый пост – первого секретаря ЦК, а кандидата на этот пост тут же внёс сломленный Маленков. Кстати, в советской печати сообщений об избрании Хрущёва первым секретарём ЦК появилось лишь через шесть дней – 13 сентября.
Получив новый статус, Хрущёв вскоре засобирался в отпуск, а ведение заседаний Секретариата ЦК возложил на Суслова. Шаталину он не особо доверял, поскольку тот считался человеком, много лет заточенным в первую очередь на Маленкова. Поспелов был хорош для составления документов, но не всегда оказывался силён при рассмотрении вопросов экономики.
К слову, в правительстве не сразу уловили, что роль ЦК вновь стала усиливаться. В частности, происшедшим в сентябре переменам на пленуме ЦК не придал большого значения министр угольной промышленности СССР А.Ф. Засядько. Приглашенный 3 ноября 1953 года на заседание Секретариата ЦК, он без уважительной причины не явился. А рассматривать собирались вопрос об ошибках с подбором руководящих кадров для шахт. Засядько, видимо, решил, что назначенный председательствовать в отсутствие Хрущёва Суслов никаких полномочий не имеет. Суслов ему этого не простил и добился для строптивого министра серьёзного наказания.
Вообще, вес Суслова в партии и прежде всего в центральном аппарате к началу 1954 года существенно возрос. Его уже нельзя было считать лишь куратором международного отдела или техническим председателем во время отсутствия Хрущёва Секретариата ЦК. Нет, Суслов получил полномочия вмешиваться практически во все сферы партийной деятельности и осуществлять контроль практически за всеми отраслями и регионами. Если ситуация требовала, он мог возразить и Хрущёву.
Здесь стоило бы рассказать, как решался вопрос о создании Комитета государственной безопасности. Поднял эту тему Хрущёв. В начале 1954 года он решил выделить из Министерства внутренних дел структуры, занимавшиеся государственной безопасностью и внешней разведкой. По его предложению возглавить новый комитет должен был генерал Иван Серов. Но это вызвало возражения у Суслова.
