Летом 2021 года юрист Вячеслав Сысоев поведал мне совсем другую историю, случайно услышанную им ещё в 1982 году, когда после окончания Академии общественных наук он получил назначение в отдел писем ЦК на должность консультанта. Одна из новых коллег ему призналась, что осенью 1964 года в качестве сотрудницы общего отдела ЦК присутствовала на историческом заседании Президиума ЦК и запомнила, как сначала прозвучало имя Суслова, однако тот сразу от сделанного ему предложения отказался, выдвинув Брежнева. И кому верить?
Судя по продолжению, роли были расписаны именно между Брежневым и Сусловым. После заседания Президиума в шесть вечера в Свердловском зале Кремля собрался Пленум ЦК. Вступительное слово на нём произнёс Брежнев. А дальше почти с двухчасовым докладом выступил наш герой. Позже некоторые участники заседания Президиума ЦК утверждали, что для большинства партийной верхушки это было неожиданностью.
«Против ожидания всех нас, – рассказывал Шелест, – доклад поручили сделать Суслову. И это далеко не было понятно – ведь Суслов почти в последнюю очередь был информирован о предстоящих крупных политических событиях, он, по сути, никакого отношения не имел к составлению доклада… Брежнев не хотел сам выступить из-за «скромности». Можно было бы поручить выступить Подгорному, но последний отказался. Поручить сделать доклад кому-либо из молодых – этого Брежнев просто побоялся, опасен рост их авторитета»[280].
Свою версию позже высказал и Геннадий Воронов (он в 1964 году возглавлял правительство РСФСР). По его мнению, якобы Брежнев хотел повязать Суслова чуть ли не кровью: мол, Суслов до последнего побаивался выступать против Хрущёва, вот ему и поручили зачитать чужой доклад, чтобы отрезать пути к отступлению.
Шелест и Воронов явно заблуждались. У Суслова давно уже всё было под контролем. В том числе и подготовка доклада, в котором предполагалось дать обоснование необходимости отставки Хрущёва. Составлял «болванку» заведующий сектором радио и телевидения отдела пропаганды ЦК Александр Яковлев. Спустя много лет он сам признал своё участие в подготовке доклада для Суслова. На эту тему у него в нулевые годы даже состоялся разговор с политологом Сергеем Кургиняном. «Яковлев, – сообщил Кургинян в интервью журналисту Евгению Черных, – тогда сказал, что в 1964‐м Суслов ему поручил написать речь по случаю снятия Хрущёва. Ещё до того, как Никиту Сергеевича убрали. Фактически включил молодого Яковлева в заговор. Это же как близко надо было находиться к серому кардиналу Кремля, чтобы стать участником заговора»[281].
Правда, сам Яковлев в своих мемуарах уточнил, что Суслов поручил ему сочинить не доклад, а набросать о прегрешениях Хрущёва текст передовицы для газеты «Правда». По его словам, когда он уже засучил рукава и стал делать первые намётки, к нему в кабинет зашёл секретарь ЦК Ильичёв, который признался, что вообще-то сначала Суслов поручил готовить текст ему, но он якобы отказался «сдавать» Хрущёва и на роль исполнителя посоветовал взять Яковлева.
В те же самые дни ряд аппаратчиков из ЦК и Лубянки вовсю снабжали разными справками другого члена Президиума ЦК – Дмитрия Полянского. А для чего? Брежнев и Суслов не исключали, что Хрущёв мог не принять предложение своих бывших соратников уйти в отставку. И что тогда? Тогда планировалось выпустить на сцену Полянского с докладом уже не об ошибках, а скорее о преступлениях Хрущёва. Однако до этого не дошло. Хрущёв добровольно сложил полномочия, и в ход пошёл доклад Суслова, подготовленный, как выясняется, Яковлевым.
О чём же конкретно говорил Суслов на Президиуме ЦК? Во-первых, о ненормальностях в работе высших партийных органов при Хрущёве, который «стал грубо нарушать ленинские нормы партийного руководства», «даже крупные вопросы он решал по сути дела единолично, грубо навязывая свою субъективистскую, часто неправильную точку зрения».
Суслов припомнил Хрущёву, как тот в течение года «с упрямством, достойным сожаления, стремился ликвидировать Тимирязевскую академию». Он поставил ему в вину и то, что вождь противился поездкам членов Президиума ЦК в регионы. По словам Суслова, Хрущёв «всячески стремился к тому, чтобы никакой связи, помимо него, с местами никто не имел». Суслов отметил, что Хрущёв всё больше терял чувство скромности и везде таскал за собой многочисленную родню и угодников: «Своего зятя Аджубея – политически незрелого человека т. Хрущёв превратил в своего рода министра иностранных дел на общественных началах, посылал его для бесед в Соединённые Штаты Америки, Западную Германию и другие страны. А что давали эти поездки? Большей частью они были вредными…»
Одновременно Суслов отметил, как бесцеремонно Хрущёв способствовал восхвалению своей личности. Всё это и побудило членов Президиума ЦК поставить ребром вопрос о первом секретаре ЦК.
