Александра долго бродила по городу, посидела в кафе на улице. Крепкий итальянский кофе придавал ещё больше сил и будил желания. Вдохновившись вкусом и жаждой жизни проходящих мимо по-особому нарядных людей, решила посетить Via Monte Napoleone, одну из центральных дорогих улиц Милана, где расположены самые известные бутики высокой моды. Она не испытывала особого вожделения к одеждое, редко ходила по магазинам и не шла ни в какое сравнение с Марго, чьи запросы были слишком велики, ей необходимо было всё и вся. Семёну тоже нравились красивая одежда и разные дорогостоящие безделушки. Это было единственное, в чём он походил на Маргариту. В
Семён позвонил к вечеру, она сидела в ресторане и с аппетитом уплетала спагетти с ракушками вонголе.
– Милая, ну как ты там? Так хочу скорее к тебе! Думаю, завтра к обеду буду в Цюрихе. Я заказал тебе вертолёт на три. Саша-а-а-а-а! Уже совсем скоро!
Она была на удивление спокойной, от его мягкого «ша-а» внутри всё замирало, разливаясь теплом. Проснулась рано, побежала в бассейн, завтрак заменила ранним обедом. Часы показывали 13:30, когда раздался телефонный звонок. Саша знала: это Семён, Валька только что звонил.
Она выскочила из душа.
– Милая! Тут такое дело!.. Позвонила мать, отца срочно госпитализировали с острой болью! Не понимают: то ли аппендицит, может что серьёзней! Я срочно вылетаю в Питер, разберусь… Мне придётся переночевать, но утром обязательно вылечу в Москву и к тебе. Я уверен, ничего серьёзного! Мама любит устроить панику! Милая, ну прошу тебя, не молчи! Я буду завтра. Люблю тебя очень! Ты слышишь меня? Саша-а-а-а!
– Я всё понимаю, Сём, – сказала тихо Саша.
Конечно, она всё понимала, и что это не обсуждается, зная, как дорог отец Семёну. Могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, но она так надеялась, что всё пройдёт гладко. Отсрочка встречи показалась ей дурным знаком. Ничего не могла с собой поделать, верила во всевозможные приметы: если забывала что-то и возвращалась домой, смотрелась в зеркало, с детства обходила стороной чёрную кошку, боялась встретить женщину с пустым мусорным ведром. Вера в приметы досталась от матери, натуры такой же тонкой и впечатлительной. Маме везде мерещились знаки, которые обязательно надо расшифровать и принять меры, дабы не случилось беды. Вечно копалась в сонниках, тратя по полдня на анализ очередного сна. Серго потешался над ними, считая это чистой дурью.
Маргарита встречала Сёму в аэропорту, уверенная в своей необходимости в такой трудный момент. Генрих Давыдович хорошо относился к ней, порой так хотелось назвать его отцом, но знала: Семён не одобрит. Почему не понимает, как она любит, как готова ради него на всё! Вся жизнь в нём и в детях!
Марго подбежала, Семён слегка обнял её – даже такая мелочь делала её счастливой. Они ехали в машине, Сёма за рулём, охрана следом – любил водить, особенно когда нервничал, ему это помогало успокоиться. Маргарита тараторила без остановки. Но это его ничуть не раздражало, он весь ушёл в свои мысли. Приехали в больницу, и Семён вздохнул с облегчением.
Сообщил Сашеньке, что всё не так печально: у отца банально пошли камни, мучительно, но не смертельно.
– Сейчас поеду на дачу, Марго не отстанет. Детей проведаю. Завтра утром к отцу в больницу, в Москву и к тебе! Саша-а-а, я так волновался, вдруг что-то серьёзное! Ты там, отец здесь! Ты ведь понимаешь меня, милая!
Сашка односложно отвечала, вскоре одумалась: «Как я не права! – Ей стало мучительно стыдно. – Вечно хочу, чтобы всё было по-моему! Нет чтобы спросить, как Генрих Давыдович, так ещё и губу закусила! Какая я глупая дура!»
Семён летел по Приморскому шоссе, осчастливленная Марго рядом. Она уже позвонила и дала все распоряжения, чтобы и блины, и творожная запеканка, и рыба в томате – Сёмочка обожает домашнюю еду, мать приучила, – и чтобы детей причесали и одели празднично.
В машине громко играла музыка, телефонный звонок был едва слышен, Семён о чём-то задумался.
Марго бросила взгляд на телефон Семёна, высветилось «Милая» и номер. Она мгновенно узнала этот номер – выучила наизусть, когда Сашка лежала в больнице с нервным срывом, и мучилась, не позвонить ли ей. Помнит, как набирала несколько раз и сбрасывала, решив, что много чести! Марго схватила телефон. Сейчас она ей выскажет, подлая дрянь!
Семён всё понял. Одной рукой он держался за руль, другой пытался вырвать телефон из рук разъярённой женщины, которая лишилась разума и с трудом отдавала отчёт в своих действиях.