Они вошли в темный зал, когда фильм уже начался. Народу было немного. Сели с краю, недалеко от входа. Фильм, действительно, был интересный, нежный, романтичный. Увлекшись происходящим на экране, Соня не сразу заметила, как рука Витторио легла на ее колено, почувствовала только, когда она заскользила вверх по бедру, сдвигая юбку. Софья резко обернулась. Взгляды встретились, губы столкнулись с губами. Забытые ощущения пружиной выгнули тело, рождая тихий стон. Не сговариваясь, они встали и, держась за руки, устремились к выходу.
Они быстро шли, почти бежали, по скользкой от воды мостовой, подгоняемые ледяным ветром, держась друг за друга. В лужах отражались огни, и они шагали по ним, разбивая вдребезги ботинками эти дрожащие блики. Какой-то маленький отель, свет от лампы над стойкой… Софья прятала лицо за полями шляпки, пока Витторио договаривался с портье. Поднималась по лестнице, чувствуя спиной любопытный, насмешливый взгляд… стыдно-то как!.. Темный тесный номер, скользкие от крахмала простыни, скрип кровати, жаркий шепот, чужие руки… прерывистое дыхание… стон… и бьющаяся в висках мысль: «О, Господи, что я делаю?! Зачем?…».
Машина мчалась по замерзшему шоссе. Софья напряженно вглядывалась в пляшущее перед капотом желтое пятно света. Поземка скрадывала очертания дороги. Слева на едва светлеющем небе еще сияли звезды и белело пятно луны, а справа горизонт уже розовел, замерзшее солнце нехотя выглянуло из подушек облаков.
На заднем сидении крепко спал Петя, убаюканный монотонным гудением мотора. А сидящий рядом с Соней Витторио рассказывал любопытные случаи из своей жизни, чтобы победить дремоту.
Короткий декабрьский день уже догорал, когда Peuqeot въехал во двор фермы ван Аллеров. Петя первым выскочил из машины и бросился к раскрывшей свои объятия крестной. От сарая, слегка прихрамывая, спешил к ним Патрик.
— А мы вас вчера ждали, к рождественскому ужину, — сказала Маргарита, — беспокоились уже, дорога-то дальняя, скользкая.
— Да ты в дом гостей приглашай, там обниматься будете, замерзли ведь в пути, — проворчал хозяин, целуя Сонечку и пожимая руку ее спутнику.
— Ой, и правда, что же это я, на пороге вас держу! Такие гости долгожданные! Проходите, за столом поговорим и налюбуемся друг на друга.
— Я и планировала приехать к Рождеству, как всегда, но у Витторио свои традиции, мы отметили рождество с его семьей. А утром, еще до рассвета отправились в путь, чтобы с вами повидаться. Вот, знакомьтесь, это мсье Эспозито, мой… друг. А это мои любимые друзья, Патрик и Маргарита. Я рассказывала тебе, как много они для меня сделали в трудные времена.
Гость несколько удивленно оглядывал простое убранство кухни, служившей и прихожей, и столовой, а хозяева, между тем, внимательно присматривались к нему, обмениваясь выразительными взглядами. Однако после хорошей порции еневера — хозяин сам настаивал самогон на можжевеловых ягодах — и горячего рыбного супа общее чувство неловкости прошло, разговоры оживились. Патрик пригласил гостя осмотреть его теплицы, ферму, Петя увязался за ними, а женщины принялись готовить праздничный ужин.
— Вот это сюрприз, дорогая! Шо ж ты мне ничего не написала о появлении друга? — Маргарита уперлась кулаками в крутые бока.
— Как не писала? Я же рассказывала, что арендую помещение в парикмахерской мсье Эспозито, и что он ко мне очень добр, — ответила Соня, пряча глаза.
— Но ты же не написала, шо отношения у вас такие интересные.
— Да я даже не знаю, что рассказывать… Так как-то случилось…
— И шо? Надеюсь, этот не женат?
— Нет.
— Ну, таки замечательно! Мужчина симпатичный, холостой, небедный опять-таки… на тебя вон какими глазами смотрит… и с Петей, похоже, ладит. А мальчишке отец нужен. Не проворонь, смотри!
— Да, ты права, я и сама все это много раз передумала… Только ты же знаешь, что я замужем. И развестись не могу, потому что знать не знаю, где мой законный супруг… Но… я, кажется, впервые рада этому обстоятельству…
— ???
— Понимаешь, как-то слишком много стало в моей жизни этого мсье. Куда не повернусь — Витторио. Куда бы я не направлялась — должна предупредить, отчитаться, иначе он будет метаться, волноваться. На модный показ еду — «Зачем? Зря теряешь время». То ему не нравится, как посыльный от поставщика на меня смотрит, то ворчит, что мало с заказчицы взяла… Я привыкла рассчитывать на свои силы, сама принимать решения. Я так не могу! Знаешь, я поняла Иржи, поняла свою ошибку… его раздражение. Наверное, я тоже попыталась занять слишком много места в его жизни. Больше, чем ему бы хотелось.
— Таки Витторио хочет быть нужным, помочь тебе встать на ноги, — неуверенно сказала Маргарита.
— Он хочет взять меня под полный контроль, — возразила Софья, — прибрать к своим рукам управление салоном, загнать меня за швейную машинку, а то и того хуже, на кухню. А ты знаешь, что кухня для меня страшное место.