- Не знаю даже. Это ж - фантастический такой... Даже если бы нашел?.. Да и где?.. А с бумажкой? Как знаю, что не обманешь?
- Отдам в тот момент, как увижу Добрыню.
- Но он не знает!.. - Тариэл оборвался испуганно - проговорился-таки.
- И не узнает! - пообещал поднимаясь Мороз. Оторвал от ксерокопии чистый уголок. Черканул. - Вот мой домашний телефон. Жду звонка. Скажешь только: "Готово". И -сориентируешь по месту. Будь! Идем проводишь. Наори там на меня, чтоб не привлекать.
- За что?
- Нашел что спросить. За чем к тебе наши лезут?
- Так... за деньгами, продуктами. Так достали, слушай. Давно б послал.
- Вот и ... потренируйся! Заодно и душу отведешь.
14.
Все-таки беду он накликал - с Марюськой они повздорили. И - накрепко. За неделю до того на дискотеке ему почудилось, что Марюська принялась ухлестывать за каким-то сексапильным франтиком, пользовавшимся всеобщим успехом, - кажется, какой-то ударник из какой-то там группы. До сих пор бывало наоборот. Принявший на грудь лишнего Мороз позволил себе замечание по поводу женского достоинства. Марюська фыркнула, и в следующем танце уже откровенно терлась о потертые джинсы партнера. Надо признать, повел себя Мороз после этого несколько несдержанно. Не найдя других аргументов, подошел к танцующей паре, прихватил упирающегося музыканта за руку, завел, несмотря на ругань бегущей рядом Маришки, в переполненный женский туалет, посадил прямо потертыми джинсами в унитаз и спустил воду.
Конечно, парень был не виноват. Но в тот момент это было меньшее из зол.
- Легавый! - процедила Маринка, развернулась и вышла.
На другой день, когда Виталияо не было дома, она забрала вещи. И с тех пор квартира осиротела.
Вот уж какой день он убеждал себя, что все закономерно. И лучше раньше, чем позже. И вообще - пора реанимировать старый сексблокнот. Но - не реанимировал. А, наоборот, продолжал бросаться ко всякому телефонному звонку. Поэтому, когда спустя день после разговора с Тариэлом, ближе к полуночи, зазвонил телефон, Мороз кинулся на трубку аки коршун.
- Через сорок минут, последняя электричка на Черногубово, третий вагон с хвоста, - услышал он. - Нэ забудь прихватить только, про что договаривались.
- Выезжаю.
Тариэла увидел сразу, со спины. В ночном вагоне среди нескольких опойков, выпотрошенных сидений и разбросанных окурков, холеный, в испанской дубленке кавказец выглядел разряженным фламинго посреди российского скотного двора.
- Ты догадался, - Мороз подсел к нему. - Как разряженный павлин. Лучше бы на поезде.
- Нэ лучше. Принес?..Пакажи!
Жадно всмотрелся через полиэтиленовую папку в подлинник.
- Отдашь раньше. Иначе Валентин спросит, что взял? Что объясню? Так? Нет?
- Так. Убеждаюсь, что привел к Добрыне, и отдаю.
Двери с хрипом закрылись. Хрустнув старыми суставами, электричка лениво припустила в ночь.
Разговор не клеился. На редкие вопросы Мороза Тариэл отвечал односложно. Его то и дело потряхивало от страха. И в сущности это можно было понять. Малейшая информация Будяку, что все эти месяцы он покрывал беглеца Добрыню, и судьба директора рынка была предрешена. Какие интересно причины могли побудить трусоватого грузина пойти на безумный риск?
Минут через тридцать по составу прошел, вглядываясь в редких пассажиров, милицейский наряд. Узнав Мороза, один из сержантов коротко козырнул, собрался что-то спросить у приготовившего билет Тариэла, но, решив, видно, не мешать, прошел в следующий вагон.
- Узнали, да? - обеспокоился Тариэл.
Мороз безразлично пожал плечами:
- Долго нам еще? - электричка притормозила на очередном темном полустанке.
- Да нэт... Пора!
И, неожиданно вскочив с места, Вартан устремился к выходу с такой резвостью, что замешкавшийся Мороз едва успел вслед за ним протиснуться сквозь начавшие закрываться двери.
В лицо пахнуло ночным ознобом и тающим, порхающим под станционным фонарем снегом. Отойдя вглубь платформы, постояли, желая убедиться, что никто, кроме них, из электрички не вышел. Однако из первого вагона вылезло трое и, переваливаясь под тяжестью сумок, двинулись к центру перрона, к лестнице.
- Местные, - успокоил Мороз своего запаниковавшего провожатого.
- Оружия нэт, как договорились? - уточнил Вартан.
- Сказал - нет. А вот ты, похоже, не пустой, - он давно обратил внимание на то, что левая рука Вартана то и дело непроизвольно терлась о дубленку.
- Жутковато. Ну, пошли! - выдохнул Тариэл, поднял воротник дубленки и, вздохнув, первым шагнул на ведущие с платформы ступени.
Подоспевшие к лестнице пассажиры поспешили уступить незнакомцам дорогу. Здесь, в полумраке пустынного полустанка, при качающихся на гудящем ветру плафонах фонарей, люди чувствовали себя особенно слабыми и беззащитными.
Несмотря на темноту, Тариэл петлял по улицам поселка достаточно споро. Виталий поначалу пытался запомнить маршрут. Но после того, как они дважды перескочили через забор и прошли дворами, окончательно махнул рукой и ориентировался единственно по сопению идущего впереди.
Здесь! - они остановились у слабоосвещенного деревянного домика.
- Что это?
