Он поднял пистолет, прицелился, выстрелил – и промахнулся. Орас тут же выхватил у него оружие и, не целясь, нажал на спусковые крючки обоих пистолетов. Две яичные скорлупки оказались выбитыми из воды. Толпа одобрительно загудела.
– Честь спасена, сударь, – сказал Орас, – обе наши мишени повержены.
И он протянул руку графу Амальти, который, рассмеявшись, ответил:
– Отличная работа, сударь! Так мастерски и остроумно. Выше всяких похвал. Что ж, буду с нетерпением ждать нашей новой встречи.
– А я вот нет, – невозмутимо проговорил Орас и быстро ушел, чтобы избежать любопытных расспросов.
Некоторое время он бродил по той части сада, где было относительно безлюдно, и уже собирался откланяться, когда на его плечо легла чья-то рука.
– Сударь, могу я поговорить с вами? – произнес женский голос.
Орас обернулся.
– О, прекрасная англосаксонская дама! – восхищенно воскликнул он.
– Я американка! – ответила она.
Он церемонно поклонился:
– Мне следует представиться?
– Нет необходимости, – рассмеялась она. – Эрцгерцог д’Отёй-Лоншан звучит вполне убедительно.
– Очень хорошо, но я не имею чести быть знакомым с вами, мадемуазель!
– Вы уверены? А по-моему, мы встречались в некоем доме в Нью-Йорке, на лестничной площадке. Разве вы не помните?.. Я, видите ли, уже целый час наблюдаю за вами.
– Так вы следили за мной?
– Да, следила.
– И почему же?
– Потому что вы явно тот самый человек, которого я искала последние несколько дней.
– Но кого конкретно вы искали?
– Мужчину, который может оказать мне большую услугу.
– Я всегда готов оказать услугу красивой женщине, – заметил Орас, который, как обычно, был сама любезность. – Мадемуазель, я в вашем распоряжении.
Они присели на садовую скамью под деревьями.
– Вы не замерзнете? – спросил Орас.
– Мне никогда не бывает холодно, – ответила она, сбрасывая газовый шарф, прикрывавший обнаженные плечи.
– Спасибо, – с чувством произнес Орас.
Она удивилась:
– За что спасибо?
– За зрелище, которое предстало моим глазам. Невероятно красиво. Греческий мрамор!
Она нахмурилась, слегка покраснев, и снова накинула шарф.
– Вы можете выслушать меня серьезно? – сухо спросила она.
– Конечно, я был бы очень рад услужить вам!
– Суть вот в чем: я работаю в крупной американской газете «Алло, полиция!». Именно поэтому я оказалась вовлечена в уголовное дело, последние эпизоды которого произошли во Франции, – это дело Мак-Аллерми! Моя статья о нем была не так давно опубликована и встречена с небывалым энтузиазмом. Последние два месяца я пытаюсь продолжить расследование, надеясь сдвинуть его с мертвой точки, однако безуспешно. Не зная, что еще предпринять, два дня назад я отправилась в полицейское управление к любезному инспектору, который уже помогал мне своими советами. На этот раз он, выслушав меня, воскликнул: «Ах, если бы вам удалось поработать с
– С Как-его-там? – переспросил Орас.
– Инспектор пояснил: «Как-его-там – прозвище удивительного субъекта, который иногда развлекается, работая с нами. Мы не знаем ни как его зовут, ни как он выглядит. Судя по всему, это человек светский, знатный и богатый. Он всегда ведет себя необычно, наделен невероятной физической силой, ловкостью и потрясающим самообладанием…» – «Но где же его найти?» – спросила я. «Это просто… Барон Энгельман завтра устраивает ежегодный прием в своем особняке на Фобур-Сент-Оноре, на который приглашает весь Париж. Конечно, Как-его-там тоже там будет. Вы сможете узнать его и заинтересовать своим делом».
– Так вы поэтому пришли сюда? – задумчиво протянул Орас. – И когда увидели, как я положил на лопатки циркового борца, собрал пожертвования и сразил яичную скорлупу, то сказали себе: «Вот он»?
– Да, – ответила американка.
– Хорошо! Мадемуазель, я действительно Как-его-там, и я весь к вашим услугам.
– Спасибо, тогда я начну. Что вам известно об упомянутом мной американском деле?
– Деле Мак-Аллерми? Не много.
– А откуда вы о нем узнали?
– Я читал статью, написанную женщиной-репортером.
– Меня зовут Патриция Джонстон.
– Мои комплименты! Статья слишком хорошо написана, слишком литературна, и вся история слишком хорошо изложена. Когда речь идет о преступлении, я предпочитаю прямой и честный рассказ – без приукрашивания, без беллетристики, без попыток произвести эффект, без подготовки читателя к драматической развязке. Криминальные романы меня усыпляют.
Патриция улыбнулась:
– Мистер Мак-Аллерми предъявлял к авторам совершенно противоположные требования. Я была его секретарем. Впрочем, не важно. Вот что мне удалось узнать…
Она вкратце изложила факты. Орас внимательно слушал, не сводя с нее глаз. Когда она закончила, собеседник сказал:
– Теперь я понимаю все гораздо лучше!
– То есть мои объяснения понятнее, чем статья?
– Нет, но они слетают с ваших восхитительных губок.
Она снова покраснела и недовольно пробормотала:
– Ох уж эти французы… вечно одно и то же…
