Миллион алых роз полностью

Получилась вполне приличная семейная жизнь. Не идиллия, но не хуже, чем у других. Только вот какое-то странное, непонятное томление начало овладевать мною. Чего-то не хватало. Я долго не могла сообразить, чего именно. Наконец, дошло. Стыдно признаться – не хватало проклятых звонков.

Но с другой стороны, они, по сути, были единственной нитью, которая хоть как-то связывала нас. Теперь нить оборвалась.

Такие вот дела.

х х х

Я, как обычно, была дома одна и смотрела очередную американскую галиматью. Там резали, стреляли и ожесточённо били друг друга. С ума можно сойти от подобных фильмов. Как жаль, что мы не взяли садовый участок. Ковырялась бы в грядках, а не в собственной душе, и беспокоили бы меня сейчас неурочные заморозки, а не охлаждение собственного мужа.

Зазвонил телефон. Я машинально сняла трубку. Незнакомый женский голос.

– Лариса Николаевна?

– Да, – ответила я, припоминая, кому может принадлежать этот голос, но так и не вспомнила никого похожего.

– Добрый вечер.

– Здравствуйте. Извините, с кем имею честь…

– Меня звать Ксения Михайловна.

– Очень приятно…

Она опять не дала мне договорить.

– Я Светина мама.

– Изв…

Но я уже поняла, чья это мама. Наконец-то дошло до мамаши, чем они занимаются с ненаглядной доченькой. Поздновато, конечно, но, как говорится, лучше поздно, чем никогда.

– … Я вас слушаю, – как можно любезнее произнесла я, готовясь достойно вытерпеть ахи, охи и запоздалые извинения перепуганной мамаши. Интересно, сколько лет её доченьке.

Но я жестоко ошиблась.

– Отдайте нам вашего мужа.

Сильнее ошарашить меня было невозможно.

– Что-о?!

– Отдайте нам вашего мужа!

– … Зачем он вам? – только и нашлась ответить я.

– Светочке нужно выйти замуж.

– На здоровье. Но при чём здесь мой муж?

– Он подходит нам.

– Чем? На нём что, свет сошёлся клином? Неужели она не может найти холостого парня?

– Нас устраивает данный вариант.

– Сколько ей лет?

– Девятнадцать.

– А ему – тридцать девять. Двадцать лет разницы. И двое детей в придачу.

– Очень хорошо, что у него есть дети.

– Что в этом для вас хорошего?

– Он не захочет ещё иметь детей. У Светочки больное сердце, ей нельзя рожать.

– Ваша Светочка – чудо.

– Светочка – всё, что у меня есть.

– Двадцать лет разницы. Подумайте об этом.

– Очень хорошо, что он не молод и имеет опыт семейной жизни. Будет ценить молодую жену, не станет расстраивать по пустякам. Светочке нельзя волноваться.

Господи, они нормальные?

– Я не пойму, что вам нужно от меня?

– Отдайте нам вашего мужа.

– Он что, игрушка? Как я могу его отдать?

– Отдай…

– Да забирайте его к чёртовой матери!

И бросила трубку.

Как всё это понимать?

Я выключила телевизор и отправилась в свою комнату.

На другой день меня ожидал другой сюрприз. Когда я вернулась с работы, обнаружила дома Сергея. Он сидел в кресле и читал газету.

Несколько минут я стояла столбом и смотрела на него не в силах раскрыть рот.

– В чём дело? – наконец выдавила я. – Что случилось?

– Ничего. – Он отложил газету. – Что может случиться?

– Мало ли что. Ромка до сих пор не вернулся из деревни. А до экзаменов осталось с гулькин нос. Ладно, кончай крутить. Почему так рано?

– Поздно – плохо. – Сергей нервно пожал плечами. – Рано – тоже плохо. Тебе не угодишь.

– У тебя не самое лучшее настроение. Я, пожалуй, пойду на кухню.

– Погоди. Не уходи. Нам надо поговорить.

– Надо ли?

Он отвёл глаза.

– Надо.

– Хорошо. – Я села напротив. – О чём будем говорить?

– О нас.

Я поморщилась.

– Не слишком ли данная тема избита. Стоит ли вновь молоть воду в ступе?

– Стоит. – Он вздохнул. – Это наш последний разговор.

– Вот как? – Я перевела дыхание. – Слушаю тебя внимательно-превнимательно.

– Вчера я был у матери, там всё нормально. Ромка завтра вернётся домой.

Он замолчал.

– Всё? Спасибо за информацию. Надо будет спечь пирог с черникой. Пойду, взгляну, есть ли мука.

– Погоди, – остановил он меня.

– Что? С Димкой что-нибудь? Да говори ты, ради Бога! Не тяни кота за хвост.

Он укоризненно покачал головой.

– Я же тебе сказал: там всё нормально.

– Тогда, что тебе надо?

– Я ухожу, – выпалил он и опустил глаза.

– Куда? – не поняла я.

– К женщине. Вернее, девушке.

– К Светочке, что ли?

– Откуда ты знаешь? – непритворно удивился он.

– Не всё ли равно.

Добилась своего. Молодец, такая не пропадёт.

– Что ты молчишь?

– А чего говорить? Уходишь и уходи. Скатертью дорога.

– За детей не волнуйся. Их я обеспечу.

– Я и не волнуюсь.

Что ещё могла я ответить? Сказать подлецу, что он – подлец? Что от этого изменится в мироздании? Сколько звёзд погаснет?

– Я оставляю вам квартиру со всей обстановкой. С твоего разрешения, возьму кое-что из личных вещей.

– Бери. Можешь всё забирать. Ты всегда получал больше меня.

– Я сказал: мне ничего не надо.

– Хорошо. Не надо, так не надо.

– Машину и гараж я тоже оставляю вам. Документы оформлю в ближайшее время.

– Зачем мне машина?

– Ромке семнадцать, – сказал он, укоризненно глядя на меня, словно я не знала об этом. – На следующий год можно будет получать права. А ездить он умеет. Кроме того, оставляю вам двадцать тысяч долларов. Это в счёт алиментов. – Он положил на стол две пачки сто долларовых купюр. – Буду помогать по мере возможности.