В неясном шуме теперь можно было разобрать отдельные звуки: звон оружия, выкрики, топот… Вдруг, гремя по ступенькам доспехами, с самого верха лестницы, скатился труп. Не надо было становиться служителем, чтобы удостовериться в том, что это тело умерло — прямо из хребта торчала длинная тяжелая стрела.
Они все подняли глаза вверх, но в темницы по-прежнему никто не спускался, двери караулки опять захлопнулись, слышался только хаос звуков борьбы. Все догадывались: что бы там ни происходило, а одиночество их ненадолго. Лаори опустился на колени перед решеткой и посмотрел в застывшее, до сих пор удивленное лицо стражника из охраны храма. Потом сел на пол, прислонился плечом к прутьям и снова замер. Мертвое тело притягивало взгляд. Под ним натекла поблескивающая глянцем, совсем черная в свете факелов лужа.
Через проход, по другую сторону мертвого мужчины, переговаривался вполголоса круг, словно встревоженные пчелы гудели. Но разве был смысл гадать, что происходит в храме, если на их судьбу это никак не повлияет? Вот если бы… Если бы… Лаори моргнул раз-другой. Приподнял голову, еще раз посмотрел внимательно.
— Криан! — крикнул он через проход, и там разом замолчали. — Майр! А кто-нибудь умеет вскрывать замки шилом или чем-то таким?
Сначала молчали, потом возле решетки вырос Майр, едва различимый в полумраке.
— А что, дрянь, у тебя есть шило?
— Может, и есть, — не обиделся Лаори.
Майр помолчал. Потом пожал плечами.
— Ну я не умею. Так что себе оставь. Может, заколешься им, коли мужества хватит.
Майр сел. Снова наступила тишина, но тут ее прорезал слегка басовитый голос Севда.
— Я, пожалуй, могу попробовать.
Лаори лег на пол вплотную к решетке и высунул руку, плечом втискиваясь в зазор между прутьями. Тело его трещало и протестовало, кожу саднило, мышцы и сухожилия растягивались неохотно, с воем. Лаори тянулся к мертвому телу, упавшему ближе к его клетке. Кончики пальцев скребли по грубому сукну рукава. Лаори никак не мог как следует ухватиться за откинутую руку.
Он иногда расслаблялся, распластываясь на полу, переводил дух, и начинал заново. Майр первым догадался, зачем Лаори тащит стражника:
— Гениально! Мизерикорд! — выдохнул он непонятное Лаори слово и вжался лицом в прутья, следя за ним блестящими глазами.
Постепенно все обитатели клетки напротив выстроились вдоль решетки и начали подбадривать его.
— Не сдавайся! Чуть-чуть осталось, только капелька! Еще немножко! Почти схватил! Давай! Вставай, Лаори! Ну вставай же! Пробуй еще! Ты сможешь!!!
Еще никогда чужая рука не была такой тяжелой. Лаори тащил ее к себе, зажав самыми кончиками среднего и безымянного пальца. Рукав все время выскальзывал, Лаори начинал сначала, елозя по полу своей клетки. Ему казалось, что мертвая рука не сдвинулась ни на миллиметр, а его собственная только укорачивается все больше. Он весь взмок, казалось, будто плечо вовсе вышло из сустава и теперь понемногу отрывается от его тела, жилка за жилкой, но он тащил, слизывая пот с верхней губы, да иногда смаргивая его с ресниц. Он тащил, кажется, целую вечность, пока не ухватился всеми остальными пальцами, а потом и всей рукой за чужое безвольное и уже неприятное, липко-холодное запястье.
Он сам не замечал, как шепчет себе под нос:
— Иди же ко мне… Давай! Еще немного… Еще…
В клетке напротив кричали и бесновались. Криан шикал, ругался, все начинали говорить шепотом, испуганно втягивая голову в плечи и поглядывая наверх, но скоро снова кричали, прыгали у решетки и колотили по ней руками, забыв обо всем. Их всех будто охватила лихорадка.
Когда Лаори подволок тело к своей решетке, круг завопил в восторге и сразу замолчал, шепотом выдавая сумбурные похвалы. Лаори сделал несколько свистящих громких выдохов, будто бежал в гору из последних сил, откинулся на прохладный каменный пол, заново ощущая тело. Рука болела, шея затекла, ногти он едва не сорвал…
Он перевернулся и принялся лихорадочно обыскивать пояс стражника. Видел он на самом деле или ему только показалось? У стражи Гелета, которая везла их в Аштирим, были такие.
— Есть! — не удержавшись, крикнул он, поднимая над головой длинный нож, скорее шило, чем кинжал.
Он понятия не имел, зачем они нужны, но гелетская стража накалывала ими горячее мясо во время привалов. Впрочем, при желании ими, наверно, можно было кого-нибудь заколоть.
— Кидай сюда! — потребовал Криан.
Лаори отвел руку немного назад, глядя на братьев через решетку.
Майр замер. Глаза Шона вдруг наполнились слезами. Криан перестал дышать, прокляв себя за требование в голосе.
На одну долгую секунду им всем показалось, что Лаори не кинет нож. Оставит их всех сидеть и ждать смерти.
Севд опустился на колени возле решетки и протянул руки сквозь нее ладонями вверх. Лаори размахнулся еще раз, примериваясь поточнее — второго шанса не будет — и перебросил нож через проход.
