Служанка довольно закивала, и вскоре все поверхности в гостиной были укрыты юбками, лифами, рукавами и головными уборами. Оказалось, что придворная мода здесь напоминает наряды времен Генриха VIII – платья темных насыщенных оттенков с глубокими квадратными вырезами и пришнурованными или пристегнутыми верхними рукавами. Обязательный даже для незамужних головной убор – у девиц что-то вроде ободка с сеткой-вуалью, у дам замужних – шляпа или сложной формы чепец.
Ткани были, несомненно, дорогими – бархат, парча, тонкое полотно и шелк. Несколько более скромных платьев из мягкой шерсти служанка однозначно назвала: “домашнее”, “дорожное” и “для прогулок”. Кроме самих платьев, белья, головных уборов и туфель в сундуках нашлись плащи, что-то вроде короткой шубки, подбитой рыжим лисьим мехом, сапоги, перчатки и… ларец с украшениями! Откуда он тут взялся и можно ли их носить?
Горничная заявила однозначно – без украшений во дворец нельзя! Даже не пустят! А в самой шкатулке обнаружилась записка – оказывается, их караван проезжал мимо родного дома инспектора, вот он ночью и сбегал к родственникам, попросил украшения из своей доли наследства, чтобы Настя не ударила в грязь лицом перед столичными модницами. Ведь он ее опекун и обязан заботиться о внешнем виде подопечной. А платья – частично найдены в разбойничьем логове, частично куплены в пути по рекомендации супруги мэра. Сия достойная дама когда-то служила фрейлиной при дворе и во время сборов указала господину инспектору на вопиющее несоответствие гардероба Насти столичным веяниям.
Девушка опасалась, что платья, похищенные разбойниками, узнают те, кого ограбили, и планировала отложить их в сторону, но абсолютно все наряды оказались новыми, а на некоторых даже болтались бирки столичной швейной мастерской.
Горничная, которой Настя адресовала вопрос, быстро просмотрела все корсеты и заявила, что никто эту одежду не носил:
– Вот, взгляните, айя, если корсет надевали хотя бы раз, он изнутри принимает форму тела, складочки, заломы, а тут все гладко, словно только что вышел из рук белошвейки!
– Спасибо! – Настю слегка отпустило. – Так чего тут, по твоему мнению, не хватает, и стоит ли звать модистку?
Служанка развела руками:
– Здесь все есть, айя, вот смотрите, в таких платьях дамы ездят ко двору вечером, а в таких – днем. Если зовут утром, то лучше выбрать платье построже и украшения потемнее. Такое можно и дома надеть на случай, если кто-то заглянет с визитом.
Настя повздыхала и попросила горничную о помощи – надеть даже домашнее платье с корсетом самостоятельно не представлялось возможным, а ведь она так радовалась простой деревенской моде! Натянула рубашку, сверху платье, подвязалась поясом – и все, красавица!
Горничная заверила, что ей уже приходилось помогать дамам с одеванием, и быстро упаковала Настю в серо-стальное шерстяное платье, надетое поверх бледно-голубого шелкового. Нижние рукава были очень светло-голубыми, почти белыми, и узкими. Верхние – широкими, да еще красиво подвернутыми, чтобы была видна темно-голубая подкладка. Верхних юбок было две – просто серая, с тремя складками внизу, и верхняя, распашная, с подкладом, красиво завернутая так, чтобы голубые складки горели на сером фоне.
Сама со всеми ленточками, булавками и крючками Настя точно бы не справилась. А еще чулки, комнатные туфли и небольшой комплект серебряных украшений с голубыми камнями. Еще к платью полагался серый обруч с бледно-голубой сеткой, в которую можно было сложить волосы, не собирая в косу. Посмотрев на себя в маленькое зеркало, встроенное в крышку сундука, Настя залюбовалась. Почти красавица со старинного портрета. Цветочка в руке не хватает!
Закончив с одеванием, девушки в четыре руки убрали наряды в шкаф, больше похожий на вертикальный сундук. Служанка, которую звали Тина, объяснила, что платьям из дорогих тканей лучше висеть, а не лежать, чтобы не было заломов. Настя с ней не спорила – она едва успела привыкнуть к деревенскому быту и вот внезапно очутилась в столице, а тут все другое, непривычное, непонятное…
Тина принесла Насте обед – целых два подноса с разнообразной едой, и убежала, пообещав вернуться через час, чтобы забрать посуду.
В корсете особенно много не съешь, так что Настя попробовала всего понемногу и устало откинулась на спинку кресла. Сейчас бы поспать, но как самой снять платье? А ложиться в кровать в ворохе юбок тоже не вариант – утюги здесь примитивные, тяжелые, поэтому гладят не весь наряд, а только детали – воротнички, манжеты, чепчики, остальное отпаривают с помощью кастрюли кипятка или просто развешивают на распялке – на такую штуку Тина повесила платье для поездки ко двору, чтобы надеть можно было сразу.
В итоге, побродив по гостиной, девушка села у окна и стала смотреть на улицу, радуясь тому, что в этом мире давно изготавливают прозрачное стекло – и даже неплохого качества. Оборотни внизу сновали по своим делам и редко поднимали голову вверх. Шляпы, береты, колпаки…
