К чему Настя тут долго привыкала – это к обилию и разнообразию головных уборов. Все мужчины и женщины обязательно покрывали головы, и только маленьким детям дозволялось бегать с непокрытой головой, а девушкам – появляться на праздниках, но в обычные дни даже девушки надевали платки, милые чепчики или шляпки. Причем это не было чем-то религиозным или традиционным – обычная защита от солнца, дождя или ветра. Красивая и удобная.
Но в городе в разнообразие головных уборов вмешивалась всевластная мода, так что, развлекаясь, Настя насчитала пять похожих колпаков разного цвета, четыре шляпы с пряжками на тулье, восемь фантазийных беретов, украшенных галунами и перьями, и бесконечное множество чепцов и унылых бурых шляп.
Чтобы не скучать, девушка вынула из дорожного сундука крючок и шелковые нитки. Почему-то вязать носки в таком платье и в такой комнате казалось кощунством. Она так увлеклась работой, ловя блестящими нитками алеющие солнечные лучи, что не услышала, как открылась дверь.
Коннор Меррит замер на пороге, и слова застыли у него в горле, когда он увидел Настю, сидящую в тяжелой темной раме большого окна. Эта сцена была достойна кисти художника – ало-золотые лучи солнца, падающие на тонкое кружево, светлые локоны, вырвавшиеся из плена бархатного обруча, бледное лицо с нежно-розовыми губами и нежные руки, ловко управляющиеся с тонким металлическим инструментом.
Он стоял неподвижно некоторое время, любуясь, пока где-то в коридоре за его спиной не хлопнула дверь. Девушка подняла взгляд и улыбнулась:
– Добрый вечер, инспектор! Вы уже вернулись? Устали? Заказать вам ванну и ужин?
– Добрый вечер, айя Настя, – Коннор тряхнул головой, ему показалось, что он ослышался. Девушка заботится о его комфорте?
Между тем Настя отложила крючок, встала, немного разминая затекшее тело, и подошла к стене, чтобы дернуть сонетку и вызвать горничную. Тина примчалась быстро – и пообещала немедля ужин и ванну вот прямо сейчас! Оказывается, гостиница была снабжена кое-какими удобствами, позволяющими обитателям лучших номеров купаться в любое время дня.
Коннор тотчас прошел в купальню. Он снял номер с двумя спальнями и гостиной, но купальня была одна, и примыкала она к спальне Насти. Не очень удобно, но… Войдя в комнату, он с наслаждением втянул ее запах. Даже в ванной еще пахло ею. Кот внутри заскребся – он считал, что раз кошечка согласилась на почти совместное логово, значит, нечего теряться – надо скорее подминать ее под себя и делать котят!
Шикнув на кота, инспектор забрался в бадью, полную горячей воды, плеснул травяного отвара и застыл, наслаждаясь покоем.
Отчет королю получился длинным, сложным и весьма нервомотательным. Связи разбойников со столицей, связи разбойников в провинции, протоколы допросов, протоколы разбора трофеев, свидетельские показания из Талмейна…
Но самое главное – король уже знал о том, что его инспектора едва не убили. Знал и то, что Коннор едва не превратился в кота окончательно. Сплетни и слухи о знахарке, помогающей подросткам вернуть человеческий облик, гуляли по столице. Поэтому, стоило ему неосторожно обронить, что девушка, получившая милость Баст, в столице, король ожидаемо пожелал увидеть Настю. Едва удалось отговорить его величество от срочного вызова айи во дворец! Меррит вовремя заметил, что уже стемнело, и уговорил короля повременить с аудиенцией.
И все равно Лариван Шестой желал знать все – как девушка жила, как спасала инспектора, как распутала интригу о том, кто начал усиленно копать под королевский трон. Коннор устал отвечать и в конце концов просто сбежал, сообщив, что устал с дороги и опасается за девушку, оставленную в гостинице в одиночестве. Тут король хохотнул и заметил, что уши и ноги кота давно уже за дверью, только Меррит еще почему-то здесь.
Как он пролетел по бесконечным дворцовым лестницам, Коннор не помнил – наверное, и правда частично стал котом. Очнулся, глотнув холодного воздуха на улице. Махнул рукой лакею, требуя карету, и вцепился голыми руками в перила, опасаясь, что сейчас просто побежит по улице, снося все на своем пути в желании быстрее добраться до айи.
Уже в громыхающем ящике Меррит напомнил себе, что Настя – юная девушка. По меркам этого мира – несовершеннолетняя. Да, она умна и уверяет, что взрослая, но… Оборотни примерно равны по силам. Конечно, камышовая кошка и лев сильно различаются размерами, но кошка не испугается, если мужчина вдруг зарычит, выпустит когти или укусит за шею, ставя метку, а Настя?
Как не сойти с ума рядом с ней? Как не выпустить кота, который рвется к “миленькой кошечке” и урчит, стоит про нее вспомнить?
Оборвав неприличное взрослому оборотню мурчание, Коннор вышел из кареты и поднялся в номер, а там… Рука мужчины невольно потянулась к паху, чтобы усмирить налившуюся плоть. Девушка просто сидела, что-то плела, одета была сверхприлично – даже это модное пыточное устройство не забыла, но при этом кот рвался “делать котят”, а мужчина почти мгновенно испытал неудобство.
