– Можете, если обвиняете в организации травли мою дочь. – Я заметила, что мои руки, лежащие на коленях, сжались в кулаки. – Я разговаривала с Тейлор Тонтон. Ее дочь когда-то училась в этой школе. Она рассказала мне, что Дафна и две ее подруги, Келли Норд и Шэй Таккер, так издевались над ее дочерью, что Тейлор пришлось перевезти свою семью из этого города, чтобы быть подальше от них. И вот чего я не понимаю: как получается, что этой группе дрянных девчонок все сходит с рук, причем не один раз, а несколько? Были ли приняты в отношении них какие-либо меры?
Мисс Хопкинс, похоже, не ожидала такой горячности с моей стороны. Она развела руками.
– В данный момент речь идет о том, что кто-то отправил Дафне Хадсон серию оскорбительных сообщений. Она считает, что за всем этим стоит ваша дочь. – Директор повернулась к картотеке за своей спиной, открыла один из ящиков, вытащила папку из плотной бумаги, достала лист и протянула мне.
Это была распечатка нескольких сообщений.
«Ты такая мерзкая шлюха».
«Тренер трахнул тебя только потому, что ты шлюха».
«Если бы я была такой шлюхой, как ты, я бы покончила с собой».
Список можно было продолжить, но я остановилась и положила лист на край директорского стола. Я поняла, о чем речь. Если уж на то пошло, они были еще хуже, чем говорила Женевьева. Меня трясло, а ведь я всего лишь прочитала три сообщения.
– Это ужасно, – тихо молвила я.
– Да, они вызывают беспокойство.
– Полагаю, вы пытались дозвониться по номеру, с которого были отправлены сообщения?
Директор кивнула.
– Несколько раз. Я получила автоматическое сообщение о том, что клиент недоступен.
– Мне очень жаль, что Дафна получила эти сообщения. Они отвратительны. Но я могу заверить вас, что Алекс их не отправляла. И нет абсолютно никаких доказательств того, что это сделала она.
– Да, доказательств нет, – признала директор Хопкинс. – Но когда я спросила Дафну, был ли у нее конфликт с другим учеником, она назвала только одно имя – Алекс Тернер. По-видимому, ссора возникла из-за места в составе теннисной команды.
– Похоже, что с этой теннисной командой довольно много проблем.
Директриса сняла очки и потерла переносицу. Это был первый признак того, что она, должно быть, находится в состоянии стресса. Я знала, что спрашивать бессмысленно и она ничего не подтвердит и не опровергнет, но связать все факты воедино не составляло труда. Тренера уволили за сексуальные отношения с девушкой из команды. В анонимных сообщениях Дафну обвиняли в том, что она занималась сексом с тренером. И, наконец, Женевьева не пришла на родительское собрание.
Теперь мне просто нужно было выяснить, как Алекс оказалась в этой передряге.
– Есть также проблема с видео, которое разошлось по школе. Я хочу попросить вас сохранить эту информацию при себе: девушка на видео – Дафна.
– Я так и подумала, когда увидела сообщения. Мне жаль, что ей пришлось пройти через это.
– Да. И я не могу не задаться вопросом, связаны ли каким-то образом эти две истории. Тот, кто отправил сообщения, уже знал о видео. И первое, и второе было отправлены анонимно. Весьма странное совпадение.
Я посмотрела на нее.
– Надеюсь, вы не предполагаете, что это видео своим одноклассникам разослала Алекс. Она здесь почти никого не знает.
Директор Хопкинс подняла руку.
– Я ни в чем не обвиняю Алекс. Я делюсь с вами своими опасениями.
Я покачала головой – какая ужасная ситуация. Алекс и раньше была не в лучшем расположении духа. Теперь она оказалась втянута в скандал, связанный с оскорбительными текстами и секс-видео с несовершеннолетней. Трудно представить, что может быть еще хуже.
– Я знаю Алекс. Она не имеет ко всему этому никакого отношения. – Я поднялась. – Мне очень жаль, что с Дафной такое случилось. Если я могу чем-то помочь, пожалуйста, дайте мне знать.
– Я ценю вашу отзывчивость, миссис Тернер. Спасибо, что уделили мне время.
– Ладно, я пришла. Что тебе надо?
– Спасибо, что согласилась встретиться, – сказала Алекс.
– А что еще мне оставалось? Вот только не знаю, как ты думаешь доказать, что это я рассылала то видео. Снимала же ты.
– А зачем ты его разослала? – поинтересовалась Алекс.
