— Ты издеваешься? Решила окончательно вынести мне мозг за этот отстойный день? Спасибо. Но вот слишком много претендентов на такую роль, где нужно испытывать мои нервы! — вспыльчиво прорычал он и, наконец-то сдвинувшись с места, направился к минибару возле дивана, выбирая себе бутылку качественного бурбона и наливая янтарную жидкость в стеклянный стакан. Он сделал один большой глоток и вновь уставился на Елену, которая, недовольно фыркнув, продолжила стоять посередине гостиной и смотреть куда-то в сторону, словно даже не вынося близкого присутствия Деймона рядом с собой.
— Ты просто ужасен…
— Да неужели? — поддельно удивившись, выкрикнул Сальваторе, и шатенка разочарованно замотала головой.
— Я думала, что хотя бы сейчас, когда были и скандалы, истерики, и слезы, и дикий секс, то мы сможем нормально всё обсудить. Но… Ты даже не допустил мысль о том, как мне тяжело переносить это. Ты постоянно сбегаешь, уходишь, прячешься. Я уже не понимаю, что происходит! — Елена, шумно выдохнув, взялась за голову, осознавая, как невовремя ею в очередной раз завладело головокружение. — Деймон, ты мне нужен. И сейчас, как никогда раньше… Я просто хочу, чтобы ты принял все проблемы. Мы решим их, только не топи себя в большем болоте.
— Тебе ли рассуждать о болоте, Елена! — возмущенно кинул он, и отпил еще немного алкоголя, ощущая приятное тепло, заполняющее его организм пьянящей терпкостью. — У тебя самый низкий уровень тревоги… Просто давай закончим этот разговор, пока всё не стало хуже!
— Ладно. — будто желая сказать что-еще, но решив вовремя промолчать и только облизнуть губы в знак еще неушедшей нервозности и неловкости, согласительно произнесла Елена. — Ты говорил про сюрприз. Ну же. Удивляй.
Оттолкнувшись от стены, к которой ранее он устало прислонился, потягивая виски, Деймон медленно пошел к ней. На один миг Гилберт позволила себе задержать свой взгляд на его лице, и только сейчас девушка заметила, как яркость люстры освещала его напряженные скулы, внимательный хищный взгляд, будто загнавший ее, свою жертву, в ловушку глаз и плотно сжатые губы. Одного только взгляда на него Елене хватило, чтобы понять, что если она решится отступить назад хоть на один единственный шаг, то этот вечер гостиная потерпит разрушение в хаосе вспыльчивой злости перебегающего крайнюю черту терпения Сальваторе. Он подошел слишком близко, не пряча настоящий отчаянный блеск его ярко-голубых глаз, и шатенка в этой предельно опасной близости слышала его сбивчивое шумное дыхание, которое словно выпускало огненный пар на ее кожу из-за закипевшей внутри крови по венам. Приподнявшись на носочки и устремив взгляд на его манящие губы, искривленные в ехидной усмешке, Елена попыталась вспомнить все самые счастливые моменты, проведенные с ним, постаралась окунуться в них с головой и не думать больше ни о чем, кроме той сумасшедшей, всепоглощающей любви, заполнявшей ее тогда до краев. Всего лишь миллиметр… И она, закрыв глаза и полностью отказавшись от всего вокруг, поцеловала его губы, не слишком спешащие ответить ей взаимностью. Он будто специально держал ее в напряжении, проверяя на способность не отскачить от него, вновь вернув мысли о реальности. И на этот раз, когда Гилберт терпела его равнодушие, безнадежно касаясь его застывших губ, злость просыпалась уже в ней, тянувшейся к нему и страстно целующей, обнимая за плечи и притягивая ближе к себе. Однако Деймон всё это время пытался игнорировать ее и в самый последний момент, когда шатенка была готова отпрянуть от него, наверняка с сырыми от накатившихся от обиды слез глазами, он резко притянул ее к себе, не давая совершить хоть одно движение. Теперь им становилось чересчур жарко, и каждая клеточка их тел, вспыхнув подобно яркой искре, начинала гореть от желания. Елена чувствовала его сильные руки на своей талии, жадно прижимающие ее тело к его. Они едва не задыхались, забыв о том, с чего все началось, и только в эту секунду, которая полностью снесла Деймону крышу, девушка выпуталась из его рук и, будто обдав его приносящей нестерпимую боль ледяной водой, прервала поцелуй, наблюдая за тем, как он с нервной ухмылкой отворачивается в сторону, пытаясь не замечать то, что Елена умело смогла отомстить ему неприятным осадком.
— Пойдем. — только и пробурчал Сальваторе, не слишком понятно и громко, и, поправив черную рубашку, едва заметно кивнул Гилберт, чтобы она следовала за ним. Он направился к изящной стеклянной двери, выводящей на просторную террасу с заброшенным садом и большим гаражом. Шатенка сначала с недоверием оглядела его, прибывая в сомнениях касательно его странного пути, но послушно пошла вместе с ним, не задавая всё равно не получивших бы от серьезного брюнета ответов ненужных вопросов.
