– Занятно, что ты называешь вещи своими именами, – холодно отметил Тобольцев.
– Как же иначе, если ты имена этих вещей в нашей группе постоянно распространяешь! Пора кому-то подвести черту.
– Достаточно. Ты не в себе, не уйдешь сейчас – будешь отстранен окончательно.
– Не какому-то богатырю-недомерку мне приказывать, если уж на то пошло!
Ситуация выходила из-под контроля слишком стремительно. Пилигрим никогда не считал Руслана другом, но по-прежнему оставался его напарником. Он видел, что соловья-разбойника просто несет. Причину он не знал, но разбираться в ней точно следовало не здесь – и не перед начальством.
Так что Пилигрим готовился вмешаться, увести напарника отсюда. Он просто не успел.
Иван ведь тоже не был опытным богатырем. Его терпение оказалось не безгранично, и унижения перед начальством он не выдержал. Он направился вперед, чтобы лично скрутить Руслана и отвести в камеру.
Дело принимало нехороший оборот, однако и сейчас Пилигрим верил, что все сведется к обычной драке, примерно такой, какая уже случилась возле дома злыдней. Там ведь Руслан неплохо управлял собой!
Но здесь он сдерживаться перестал, он сразу использовал против Ивана крик соловья-разбойника. А богатырь явно не ожидал ничего подобного – это ведь уже не нарушение, это преступление! Тобольцев не успел подготовиться… если такое вообще было возможно.
Крик сбил его с ног, перенес через всю комнату, ударил о стену с такой силой, что разбилось стекло, разделявшее комнату наблюдения и допросную. Иван рухнул в соседний зал в окружении крупных осколков, да так и остался лежать.
Теперь судьба Руслана была предрешена, и он, судя по взгляду, знал это. Прежде, чем кто-либо успел отреагировать на его чудовищный поступок, соловей-разбойник рванулся прочь.
В зале его бы задержали: оперативники, даже не зная, что случилось, нервно реагируют на тех, кто убегает из допросной. Руслан понял это, он направился не вниз, а вверх – на крышу.
Пилигрим опомнился первым, он побежал следом. Он догадывался, что хочет сделать его напарник, просто поверить не мог… Такое открытое использование магических способностей – не меньшее нарушение, чем нападение на Ивана!
Но Руслан, очевидно, решил, что ему больше нечего терять. Он не хотел разбирательства… получается, он был виноват? Он действительно обманывал богатырей не один год, а теперь все-таки сорвался.
Словно желая подтвердить это, Руслан оттолкнулся ногами от карниза – и взлетел. Куртку и рубашку он скинул по пути, так что теперь смог расправить черные крылья и взвиться в небо. На Пилигрима, наблюдающего за его предательством, он так ни разу и не обернулся…
Врагов у них только что стало на одного больше.
«На территории современной Беларуси лихо одноглазое приживалось плохо и неохотно. Немногочисленные укоренившиеся особи постепенно сформировали местный подвид, отличавшийся немногочисленностью. Он уступал исходному виду во всем, кроме одного: желания устраивать пакости».
Рада до сих пор не могла поверить, что все сложилось именно так. Она не сомневалась в том, что Пилигрим сказал ей правду – он же был там, видел все своими глазами. И камеры наблюдения потом многое подтвердили. Но что-то все равно не клеилось…
Да, они догадывались о том, что Руслан, возможно, играет за другую команду. И потому что он соловей-разбойник, и потому что не раз вел себя подозрительно. Так ведь они не были ни в чем уверены! Даже если он был предателем, он представлялся предателем спокойным, умным и коварным.
Но то, что произошло в комнате возле допросной, большого ума не требовало. Руслан сорвался, как мальчишка, он выдал себя после стольких лет безупречной маскировки… Почему? Иван не сказал и не сделал ничего особенного, он даже пытался погасить конфликт! У Руслана не было ни единой причины выдавать себя, а он все равно это сделал.
Рада не понимала причин на уровне логики, да и ведьминская интуиция на сей раз не осталась в стороне. Она шептала, что все может оказаться не так, как кажется на первый взгляд. Как будто первый раз!
Рада попыталась обсудить свои подозрения с Пилигримом, однако он сразу закрыл тему, причем довольно резко. Девушка могла бы обидеться, если бы не понимала: по нему предательство ударило гораздо сильнее. Потому что он был напарником Руслана, он считал, что обязан был предугадать такое… Может, тоже поверить не мог, но слишком злился, чтобы искать другие объяснения.
