В упанишадах также говорится о том, что йога влечёт за собой очищение кармы, поскольку погружаясь в пространство нашего первозданного бытия, мы освобождаемся от последствий совершённых поступков: «Здесь, таким образом, уничтожаются мириады действий, накопленных в вечном круговороте бытия…»236. Многие современные духовные практики, направленные на нейтрализацию кармы, имеют истоки в древнеиндийской философии. Д.Чопра, опирающийся в своих текстах на традиции веданты, пишет: «Путь за пределы кармы состоит в том, чтобы снова и снова входить в опыт паузы между мыслями, опыт «я», опыт Духа. Ты как будто стираешь грязную одежду в потоке воды. Всякий раз, когда ты окунаешь ее в воду и трешь, отмывается несколько пятен…и с каждым разом ткань становится немного чище»237.
Невозможно ясно увидеть новый путь, пока не осознано несовершенство прежнего, вот почему духовное развитие немыслимо без первой ступени раскаяния. Каждый путь начинается с выбора, и раскаяние имеет действенный смысл лишь тогда, когда становится решением отказаться от прежней личности с её пороками и слабостями. Волевой выбор запускает процесс изменений, творя новую судьбу, поэтому в Агни Йоге говорится: «Можно перечесть случаи, когда воля вносила изменения кармы. Говорят, что так называемое раскаяние представляет мощную энергию, но лучше назвать это состояние полным осознанием…Нужно настаивать на полном осознании, ибо лишь самая заострённая воля может дать поворот пути. Много шатаний, много слабых проблесков мысли, но они не повернут ключ судьбы»238. Таким образом, раскаяние в Агни Йоге – это осознание совершённых ошибок, дающее мощный импульс для трансформации сознания.
К духовному опыту омовения нас может подвести напряжённое, глубоко пережитое страдание. Раскалывая защитную скорлупу души и сдирая с нас кожу, оно обнажает нашу сокровенную сущность, позволяя разглядеть извечно прекрасный облик души. Врываясь в жизнь, подобно неудержимому тайфуну, страдание сносит ничтожные жизненные ценности, вскрывая их сомнительность и шаткость, несоизмеримость с растущим осознанием новых, только что открывшихся смыслов и сокровищ. Так страдание напоминает человеку о его духовном происхождении. Слёзы пронзительного страдания становятся очищающим потоком, вымывающим из сердца накопившуюся пыль. Вероятно, именно поэтому в свете индийской религизной мысли страдание рассматривается как искупление негативной кармы, которая, изживая себя, освобождает душу. Индийская святая Шри Анандамайи Ма говорила своим ученикам о роли страданий и жизненных трудностей: «Думай о том, что все эти преграды и препоны разрушают твою плохую карму. Помни, что Бог таким образом очищает и отмывает тебя, чтобы затем принять в Себя»239.
Наряду с многообразными переживаниями, захлёстывающими
Мы можем ощутить невесомость своего тела, словно повисшего в бездонном пространстве или растёкшегося по бесконечности. В такие минуты человек как никогда прежде осознаёт независимость от своего материального футляра, понимая, что не в нём сосредоточен центр его существа. Он на собственном опыте познаёт возможность обособленной от тела, автономной жизни души и убеждается в подлинности её существования. Знаменитый мастер йоги Парамаханса Йогананда, знакомый с этим опытом, так описывал своё состояние: «Тело моё застыло, словно вросло корнями в почву. Воздух ушёл из груди, будто его вытянул какой-то огромный магнит. Душа и сознание мгновенно утратили свои физические ограничения и брызнули жидким светом из каждой поры…Ощущение собственного «я» избавилось от тесных оков тела и объяло атомы внешнего мира»240.
Ощущение исчезновения тела также связано с тем, что в глубоких медитативных состояниях все физиологические процессы замедляются. Тело постепенно немеет и перестает подавать сигналы о своём существовании. Известно, что йоги могут как намеренно, так и непроизвольно достигать полного прекращения дыхания и пульса241, оставаясь в таком «замороженном» состоянии достаточно долго без всяких последствий для организма.
