В Агни Йоге упоминается ещё одно необычное телесное последствие близости с запредельной реальностью – священные боли, посещающие человека по мере раскрытия потенциала его духа. Это боли, освящаемые прикосновением высшего бытия, к которому ещё не готова грубая материальная оболочка. В текстах учения говорится о неизбежности этого этапа: «Правильно замечено, что некоторые боли называем священными; через них восходит дух, и нет другого пути. Не знаем примера, когда сознание восходило без болей тела»250. Боль становится следствием дисгармонии между энергиями духовного мира и материального: «Боли священные – не что иное, как несоответствие вибраций земных и надземных»251. Они могут быть обусловлены возрастающей чувствительностью организма вследствие одухотворения сознания. Утончаясь, сознание влечёт за собой и телесное преображение. Несовершенство окружающего мира вызывает у духовно одарённого организма болезненную реакцию в силу обострённой восприимчивости к вибрациям, слишком отличным по качеству от его собственных. Такой человек с трудом переносит соприкосновение с хаотичными, замутнёнными душами. Чем выше по своему развитию дух, тем сложнее ему находиться среди скопления людей, отсюда его стремление к уединению и пребыванию на природе. Пагубные проявления внешнего мира травмируют человека с тонкой душевной организацией, ещё не закалённой на первых ступенях духовного пути.
Мучительным для нашей материальной облочки может стать и упомянутый ранее опыт новорождения. Сбрасывание «ветхого человека» и рождение нового «я» в отдельных случаях сопровождается значительными физическими потрясениями. Примеры подобного опыта можно обнаружить в жизни двух ярких мистиков XXв.: Е.Рерих и Д.Кришнамурти.
Считается, что, внося в мир учение Агни Йоги, Е.Рерих проходила «огненное крещение», запустившее трансмутацию её организма. Процесс трансмутации в Агни Йоге представляет собой раскрытие всех высших центров энергии, которое не проходит для организма бесследно. Только человек, достигший высокого уровня духовного развития, может воспринять мощное напряжение вибраций надземной энергии без значительного ущерба своему организму. В противном случае, тело может подвергнуться гибели от внутреннего возгорания. Раскрытие центров у Е.Рерих сопровождалось чувством горения, головными и сердечными болями, воспалениями конечностей и другими тягостными симптомами.
Особый интерес представляет «процесс» индийского мистика Джидду Кришнамурти. Так были названы таинственные метаморфозы, на протяжении долгого времени происходившие с его телом и причинившие немало страданий не только ему, но и его близким, наблюдавшим за «процессом». День за днём в Кришнамурти вселялась некая энергия, производившая работу над его организмом, закаляя его и подготавливая к принятию нового знания. Во время мучительной агонии «процесса» сознание Кришнамурти покидало его, а вернувшись, не могло вспомнить произошедшее. «Они» – так называл Кришнамурти тех, кто невидимым образом осуществлял его трансформацию – работали поочерёдно с каждым органом его тела. Мэри Латьенс, биограф и близкий друг Кришнамурти, приводит такие воспоминания: «Тело Кришны всё более уставало и истощалось, для других было мучительно видеть его страдания. В начале октября «они» стали работать над его глазами, вызвав ещё более ужасающие мучения. «В ту ночь «они» сказали Кришне, – писал Нитья, – что его глаза очищены и позволяют увидеть «Его». Но очищение было ужасно слышать. Мы слышали, как он говорил: «Это так, как будто ты привязан в пустыне, лицо под палящим солнцем с отрезанными веками»252.
Интересно, что именно после завершения «процесса» учение Кришнамурти приобрело те зрелые черты, благодаря которым его личность запечатлелась в истории духовного поиска человечества. Кришнамурти понимал, что задачей «процесса» было сделать его проводником для загадочной силы, изъявившей волю прийти в мир посредством его личности. Пребывание этой силы в Кришнамурти часто ощущалось окружающими. Многие из тех, кто знал его лично, писали о том, что в нём завораживало не его ораторское мастерство, которое нельзя было назвать выдающимся, и не столько его учение, сколько то, что он излучал самим своим присутствием. Нечто наполняло его, своей мощью сообщая о себе всем, кто находился поблизости. Многие люди осязали некую энергию, просачивавшуюся через него в пространство. Таким было воспоминание очевидцев: «Время остановилось. Глаза закрыты. Губы движутся. Казалось, он растёт. Чувствовалось, как что-то восхитительное вливается в него. В воздухе была ощутима пульсация, заполнившая помещение. Потом он открыл глаза и спросил: «Что-то произошло. Вы видели что-нибудь?». Мы сказали о том, что почувствовали. Он ответил: «Завтра моё лицо изменится». Он прилёг, а рука упала, словно от перенаполнения»253.
