— Я так и не увидела Прилкопа! А где Фитц? — она подошла уже достаточно близко, чтобы заметить, что позади нас больше никого нет.
— Мертв, — в лоб сообщил ей Лант.
— Он обменял свою жизнь на мою, — призналась я.
Спарк ахнула. Лант обнял её — больше никто для неё ничего не мог сделать. Мы снова поспешили к выходу.
Когда факел из веток выгорел, Спарк швырнула его в стену тоннеля. Мне был понятен её порыв.
— Куда мы идём? — шепотом спросила я, и мне ответил Любимый:
— Прочь из этого тоннеля, на холмы за чертой города, потом через город и на пристань. Там нас должна ждать лодка, я надеюсь. Она доставит нас на корабль по имени Совершенный. И дальше — плыть и плыть. А затем — домой, — все это он говорил в крайнем унынии, а потом вздохнул: — Домой. Мы отправляемся домой, Пчелка.
— В Ивовый Лес? — тихо спросила я.
Он задумался.
— Это как ты пожелаешь.
— А куда мне ещё идти?
— В Баккип.
— Может быть, — согласилась я. — Но только не в Ивовый Лес. Там погибли слишком многие из тех, кого я знаю.
— Понимаю, — кивнул он.
Взрослые шли слишком быстро. Я уцепилась за его рукав, чтобы не отставать.
— Моя сестра живет в Баккипе, — сказала я ему. — Неттл. И ещё Риддл.
— Да. И у них родился ребёнок! Твой отец сообщил мне. Он сказал: «Теперь я дедушка»…
Тут у него кончились слова.
— Новый ребёнок? — расстроенно воскликнула я. Внезапно это почему-то ранило мои чувства. Я попыталась понять, почему. Теперь Неттл не найдет для меня места в своей жизни. Буквально пару мгновений назад она была моей сестрой, а теперь она чья-то мать. И у Риддла будет собственная малышка.
— Её зовут Хоуп.
— Что?
— Твою племянницу. Её имя — Хоуп.
Я не знала, что сказать.
— Как хорошо, что ты, — сказал он с тоской, — сможешь вернуться домой к своей семье. К сестре. И к Риддлу. Мне очень нравится Риддл.
— И мне, — согласилась я.
Спарк оглянулась на нас поверх плеча и сказала:
— Мы почти у двери. Нам надо теперь идти тихо. Сначала пойдем мы с Лантом, посмотрим, что там. Шут защитит тебя, Пчелка. Останься здесь.
Я кивнула, но в то же время достала нож Симфи и взяла его, как учил меня отец. Увидев это, Спарк улыбнулась и прошептала:
— Отлично.
Любимый поставил лампу на пол. Спарк и Лант крадучись пошли к бледно-серому свету, проникавшему сквозь тени от кустов.
Но засады не было, нас поджидал только Пер, который стоял в дверном проеме с тесаком в руке.
— Пчелка! — воскликнул он при виде меня, бросился ко мне и обнял, не выпустив из рук оружия. Я обняла его в ответ и прижалась к нему, сказав на ухо:
— Пер. Мой папа погиб. На него обвалился потолок. Нам пришлось оставить его там.
— Нет! — выкрикнул он, прижав меня крепче. Его дыханье участилось, спина вздымалась под моими руками. Когда он вновь заговорил, голос его был полон гнева и ярости: — Не бойся, Пчелка. Я все ещё с тобой. Я смогу тебя защитить.
— На корабль, — скомандовал Лант. — Не мешкаем. Ни по какой причине.
Вырубленная дверь, открывшись, сняла слой дерна вместе с палой листвой и свежей зеленью. Никто не охранял этот путь, никто даже не ухаживал за дверью уже очень давно.
— Так самонадеянно, — усмехнулся Лант, прокладывая путь сквозь заросли чертополоха и ползучей лозы. — Похоже, раньше на них никогда не нападали.
— Они всегда верили, что смогут предвидеть опасность и избежать её, — ответил Любимый. — Изменить будущее так, чтобы спастись. Они знали кое-что о Разрушителе, но не думали, что он окажется маленькой девочкой. Сомневаюсь, что они понимали, как сами навлекут на себя беду, — и добавил: — А Нежданный Сын, как обычно, поступал так, как никто не ждал. Фитц всегда умел сметать все фигуры с игральной доски. Ещё какое-то время мы пробудем вне их поля зрения. Фитц купил для нас это время. Мы не должны тратить его зря.
Пер сжал мою руку крепче, видимо, от той же мысли. Мы вышли вслед за остальными в солнечный день. Я зажмурилась. Казалось, целый год прошел с того момента, как я выбралась из своей клетки. Неухоженный вход в тоннель густо зарос, здесь не пролегало ни одной заметной тропы. Метелочки соцветий высокой травы блестели от росы, по примятым стеблям можно было видеть, какой дорогой Прилкоп и Белые побежали к городу.
— Дай мне свою руку, — сказала Спарк Любимому. — Нам надо поспешить.
— Я все вижу. Как когда-то. Прекрасно вижу.
— Но как? — удивился Лант.
— Это Фитц, — тихо ответил тот. Он выбрался из зарослей и огляделся, словно мир вокруг был чудом. — Умирая, он в последний раз исцелил меня. Боюсь, на это потребовалась вся его жизненная сила до последней капли, — он взглянул на меня и добавил: — Я не просил его, я этого не хотел. Но он знал, что застрял там, так что истратил остаток своих сил на меня.
Я поглядела на него — с момента нашей первой встречи он изменился: все такой же худой, даже изможденный, но следы побоев почти сошли с лица, и стоял он теперь иначе. До меня не сразу дошло: у него внутри больше ничего не болело.
Я отвернулась, пытаясь разобраться в своих чувствах, но Лант сухо сказал:
