— Милая, одумайся, он же нам дом разнесет! Он тебе все зелья попортит! — нашел на что давить Рэй.
Я посмотрела на ящерку. Та не меня. Видимо, что-то смекнула, засеменила лапками, развернулась и обняла меня, ткнувшись головой мне подмышку. По моему взгляду Рэй понял, что теперь все доводы бесполезны, эта война начисто проиграна ящерице.
— А это мальчик или девочка?
Присутствующие все это время молчали и даже боялись пошевелиться.
— Это самец, леди.
— Замечательно! — едко протянул дракон.
— Тебе что-то не нравится, дорогой?
— Это мелочно.
— Это любовь! — снова повернулась к эльфу, — а что они едят? Как за ними ухаживать?
— Все едят. И ухаживать не надо. Более неприхотливое создание найти сложно.
— Это просто замечательно! Хвостик, ты же будешь умницей?
Хвостик высунул морду, посмотрел на меня и что-то курлыкнул-мурлыкнул.
— Рэй, ну точно как…
— Ева, я не хочу слышать сравнения с феском! Как моего дракона после такого задабривать будешь — вообще не представляю, он серьезно обиделся.
— Какие мы нежные. И чего ему не понравилось? Пошли, Хвостик, нас не ценят здесь.
— В карету, гордая моя! Пешком ты такую тяжесть до дома не дотащишь.
Обломал мне «шествие оскорбленной леди» дракон.
— Так вроде недалеко.
— В мой дом, Евангелина! Ты помнишь свое обещание?
— Ой, как скажешь!
Я счастливая забралась в карету и принялась тискать свою ящерку. А та млела! Раскинув лапки в стороны, Хвостик предоставил свое пузико в полную мою власть, чем я и пользовалась всю дорогу.
— Я у тебя вызывал значительно меньше восторга, — ревниво заметил Рэй, расположившийся рядом со мной.
— Тот единственный раз, когда я видела твоего дракона, он… или ты усиленно пытались не дать мне на себя сесть.
— Долго еще вспоминать будешь? И вообще-то я себя имел ввиду, а не свою драконью ипостась.
— А у тебя кошка.
— Так и будем продолжать?
— Неа. Но в каком составе мы теперь будем спать, я понятия не имею. Боюсь, побыть наедине нам не дадут.
— Выгоним, не проблема, — Повеселел дракон и подтянул меня к себе, вместе с ящеркой, — животным в нашей постели не место.
— Ну-ну.
Заметив, что внимание хозяйки переключилось на другого, феск попытался устранить соперника, цапнув того за руку. Соперник, заметив подготовку к атаке, щелкнул Хвостика по носу, сбив весь настрой.
— Только попробуй, на перчатки пущу.
Хвостик что-то обиженно курлыкнул и сильнее прижался ко мне. Мой укоризненный взгляд дракон проигнорировал и продолжил дальше, уже беспрепятственно, забирать все мое внимание себе. И кто из нас ревнивец?
Когда мы вошли в дом, я спустила своего питомца на пол. В то же время откуда-то сверху к нам летела кошка Рэя. Встреча была эмоциональной. Мой ящер рванул к кошке, высоко поднимая лапы, кошка резко затормозила, так и не добежав до нас, и чесанула от неизвестного чудища. Пробежав несколько кругов по холлу, она сменила направление в сторону нашей спальни, где мы ее и нашли уже сидящей на люстре. Хвостик бегал под ней и что-то клекотал на своем хвостиковом.
— Твоя кошка не хочет дружить с моим феском, — упрекнула я хозяина пушистой.
— Ты уверена, что он хочет с ней именно «дружить»? — с подозрением поглядывая на моего питомца, спросил Рэй.
— Ну… вероятнее всего.
Тяжелый вздох был мне ответом.
Когда кошку сняли, они с ящером нашли какой-никакой, а общий язык. А вот с нами нет. Животные наотрез отказались оставлять нас одних, так что спали мы этой ночью вчетвером.
Где-то в последнем необнаруженном убежище заговорщиков.
У грустного человека с грустными глазами усы сегодня были особенно грустными.
— Что за страна такая? У местных работников сыска нет никаких принципов и уважения к противнику. Мало того, что всех шпионов повылавливали, не давая честным людям хорошо выполнять свою работу, так еще и отдавать не хотят! Допросили, вызнали все наши секреты и треть наших лучших шпионов нагло перевербовали! Как у них вообще это получилось?
— О, я совсем не удивлен! Они стольких аристократов перетормошили, столько почтенных и уважаемых людей! Без суда и следствия! Все дома, все нежно лелеемые счета в банках. Даже я не избежал этой участи. Откуда только про все узнали?! Ох, не видать мне больше моей должности. Ни стыда, ни совести у этих теневиков нет! — поддержал товарища по несчастью Золотой Камзол. Правда, золотые нити уже не были такими сияющими, выдавая тем самым поистине бедственное положение защитника прав аристократов.
— Господа, господа, лорды! Это еще что! Вот у нас, у правдоборцев, у мастеров пера и красного слова совсем беспредел устроили! Не дают нам нести правду в народ, не дают простому люду узнать о злодеяниях, затыкая рты глашатаям, поэтам и песенникам, разрывая листовки и устраивая облавы на верных нам работников печати!
— Это когда такая облава была?
— Да вот недавно посадили нашего главного активиста, что помогал нам продвигать наши идеи в других печатных изданиях. Без суда и следствия, правильно вы говорите. Просто взяли и посадили!
— И какие же обвинения были? — поинтересовался опальный аристократ.