Встали и потопали вниз, освещая путь факелами. Лестница сужалась, поэтому Лентина пошла впереди сама, велев сыну не отставать, крепко держаться за перила и за факел. Шли довольно долго, пока не достигли следующей площадки, снова — факелы, короткая передышка и вниз, вниз, вниз.
Лестница все сужалась и вскоре Лентина чувствовала ее перила бедрами.
А потом резко — раз и закончились ступени, ноги нащупали крепко утрамбованный пол. Кир, шедший за ней, как пришитый, от неожиданности уперся головой в спину матери, едва не подпалив ей волосы своим факелом. То, что открылось их взглядам, назвать погребом или чем-то подобным не поворачивался язык. Хотелось назвать это — «залой» или еще каким высокопарным словцом. Лентина высоко подняла факел, пытаясь оглядеться, и все равно не увидела потолка и где заканчивается эта самая зала. На стене, которая начиналась рядом с лестницей, торчал факел, похожий на те, что лежали на площадках. Лентина поднялась на цыпочки, зажигая его. Этот светильник был каким-то мудреным способом соединен с другими, и вмиг все вокруг осветилась. Необъятная зала оказалась круглой, в центре возвышалось нечто, закутанное в серую ткань. Границы зала терялись в пыльной дымке.
Мать и сын пошагали к тому, что, вероятно, и было их целью.
Лентина велела Киру стоять неподалеку, сложив возле него их немудрящую кладь. Сама обошла вокруг странное сооружение, внушающее опасливое уважение даже в закутанном виде: высота его терялась в полумраке, а в ширину — пятеро взрослых понадобилось бы для того, чтобы, взявшись за руки, тесно обнять это. Девушка с опаской потянула за пыльную веревку, готовая в любой момент отбросить ее и бежать прочь, подхватив Кира. Ткань держалась лишь на веревке, хитрым образом обмотанной вокруг всего сооружения, и с тихим шелестом упала к ногам. Кир восхищенно охнул, увидев то, что открылось их глазам. Это, пожалуй, было единственное виденное ими творение, полностью изготовленное из древнего металла, из того самого, что пошел на изготовление башенных часов. Семь полых труб неизвестной высоты — край их терялся в полумраке — намертво закреплены на невысоком каменном постаменте. Рядом виднелось нечто, похожее на рычаг, которым в больших городах опускали ворота, с тем отличием лишь, что тут же располагалась скважина для ключа — того самого, что Кир нес на шее. На самом постаменте еще была изображена какая-то схема. Лентина позвала Кира, и они вместе попытались разобрать, что там было нарисовано. От округлой залы, изображавшей ту, где они находились, расходились лучи в разные стороны — семь, как и стволов, а к Большому океану вела жирная линия, оканчивающая неким подобием ворот. Мать и сын недолго разглядывали картинку — не зря говорили в Мире, что астрономы могут прочитать и понять любую карту, любой чертеж, все — и схема стала понятной: ключ не только запускал оружие, но и приводил в действие какой-то скрытый механизм, открывающий путь для океанских вод в город. Сейчас Зордань была огорожена мощной стеной плотины, сдерживающей напор воды. Думать долго было некогда, да и выбора не было, хорошо еще жителей нет тут теперь — Лентина показала на отверстие для ключа. Кир снял цепочку с шеи, подошел, смахнул песок и вставил ключ, быстренько провернул его и отошел. Сначала ничего не произошло, Лентина подумала, собирая кладь: «Ну вот, нам все досталось сломанное…», потом послышался тихий шорох, словно сыпался песок. Да ну и ладно, наше дело сделано, можно теперь и на выход. Вспомнилось, что на крыше, возможно, еще все так и сидит тот дракон, ожидая их возвращения. Постамент с трубами и рычаг с ключом начали медленно погружаться вниз, словно в воронку засасывало. Кир, по своей привычке не бросать ничего, потянул за ключ, который стал странного белесого цвета. Прикоснулся и истошно закричал.
Лентина одним прыжком оказалась возле сына — детская ручка, казалось, намертво прикипела к ключу. Девушка выплеснула воду на ключ, одновременно пытаясь отцепить Кира, все еще кричащего от боли. Время замерло — детская плоть кипела на металле, крик мальчика становился все тише и слабее. Лентина решилась: схватилась за ключ сама, отталкивая сына. Теперь пальцы жгло ей, неведомые механизмы, приведенные в действие, раскалили ключ до предела.
Собрав все силы в кулак, девушка смогла оторваться от ключа.
