Могучие тиски ослабели и вовсе пропали. Карлехар осторожно шевельнулся и прошептал:
– О небо! Как вы сюда проникли?
– Это сейчас не важно. Главное – об этом никто не знает и не узнает. Прежде всего хочу поблагодарить вас за все, что вы сделали для меня и моих друзей. Я понимаю, что означает для вас нарушить приказ.
– Да лад…
– Молчите! Вот свиток, скажете гонцу, что нашли его у порога своего шатра… или что-нибудь в этом роде. Здесь то, что должно помочь и вам, и нам. А теперь прощайте, и да будет благосклонна к вам удача!
Будто легкое дуновение коснулось лица Карлехара, и когда он зажег магический огонь, шатер был пуст. И если бы не свиток тонкой кожи в его руке, он подумал бы, что все это ему пригрезилось. Но свиток был, и Карлехар, развернув, всмотрелся в торопливые, неровные буквы.
"Достопочтенный господин адъюнкт-генерал! Не могу не пойти на риск и не попытаться подбросить это письмо, поскольку Вы были так добры ко мне и моим друзьям все эти дни. Прощу простить нас, что покинули лагерь так внезапно. Но это продиктовано суровой необходимостью. Дело в том, что Фишур обладает некоторыми магическими способностями к угадыванию чужих мыслей, и даже этого скромного дара хватило ему, чтобы определить суть полученного Вами послания. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что воинский долг неизмеримо выше каких бы то ни было личных отношений (а так, конечно же, и должно быть!), и Вы незамедлительно исполните приказ при первом же удобном случае. К сожалению, при таком развитии событий нам вряд ли когда-нибудь посчастливится вернуть себе доброе имя и Ваше благорасположение. Теперь же у нас появился шанс, и мы им собираемся сполна воспользоваться: самым коротким путем отправимся в Венду и приложим все силы, чтобы добиться аудиенции у Его Императорского Величества, которого Вы, господин генерал, называли справедливейшим из справедливых. А коль за нами нет вины и прегрешений, то мы вполне можем надеяться на Его милость. И тогда мы непременно лично засвидетельствуем Вам, господин генерал, нашу благодарность и почтение.
С низким поклоном – Рангар Ол, гладиатор".
Хитрец, подумал Карлехар и даже головой покрутил, тая улыбку в уголках губ, ну и хитрец!
Утром он с миной праведного негодования на лице показал свиток тарлиф-майору.
– Кратчайшим путем… – протянул тот, кривя губы в злобной ухмылке. – А это значит, по Ангрскому тракту через Парф… Ну я им покажу аудиенцию!.. Но как смог этот Рангар Ол незамеченным пробраться мимо охраны?
Карлехар пожал плечами:
– Представления не имею. Наверное, так же, как он похитил из вашей сумки мою докладную записку.
– Меня предупреждали, что у этого негодяя… гм… весьма необычные способности, но теперь и они ему не помогут. Я наводню Ангрский тракт засадами, заставами и патрулями!
"Долго же им придется ждать!" – мысленно ухмыльнулся Карлехар и вслух спросил:
– Кстати, а в чем их обвиняют? Вы так уверенно назвали Рангара Ола негодяем…
Ла Хон-Сусак, казалось, смутился.
– Гм… не знаю точно. Но коль приказ получен, его надо выполнять, не так ли, ваше превосходительство?
– Да, – сказал Карлехар, – приказы надо выполнять. Хотя, если судить по этому письму, они желают лишь убедить Его Императорское Величество в своей невиновности и чистоте помыслов. Лично мне трудно усмотреть в этом подвох.
– Ха! Вы талантливый полководец, но мало что смыслите, простите за прямоту, в вопросах охраны короны и тонкостях борьбы с государственными преступлениями. Я уверен, что вам даже в голову не может прийти, на какие мерзейшие, отвратительнейшие подлости способны преступники, замыслившие свои грязные дела! Представьте, что этому самому Рангару Олу удалось-таки добиться аудиенции… Что тогда помешает ему – мне даже трудно вымолвить это – покуситься на священную жизнь Его Императорского Величества?!
– Как это что? В этом случае у него отберут все оружие и даже любые предметы, могущие таковым послужить! Вы же лучше меня знаете порядки! К тому же у Его Императорского Величества великолепная личная охрана, в том числе и магическая.
– Чтобы обезоружить Рангара Ола, у него мало отобрать оружие. Ему надо отрубить руки и ноги! Ибо ими он убивает не менее успешно, чем мечом. А охрана… Да, телохранители у Его Императорского Величества отменные, как и подобает… и маги-грандмагистры от каждой из трех магий способны отразить любую магическую атаку. Но как можно допустить даже самую ничтожную долю риска?!
Это бесполезно, подумал Карлехар. За красивыми речами – ослепление и тупость… Вслух он произнес:
– Да, конечно, вы совершенно правы. Да и вам виднее. Мое дело военное.
– Вот именно, – значительно сказал тарлиф-майор. – Каждый должен делать то дело, в котором лучше разбирается. И вот еще что, генерал: мне нужна эта цидулка. Она может иметь большое значение… в том числе и для вас. Знаете ведь, надо мной тоже есть начальство… и неизвестно, что оно подумало бы о вашей роли в этом деле. А так, слава Сверкающим… – Он выразительно умолк.
– Что, меня могли заподозрить в пособничестве? – холодно спросил Карлехар.
Ла Хон-Сусак поморщился.
