Когда наша матушка, Паола, поняла, что внимание графа Гумбольти по отношению к Анне стало слишком пристальным, возникла необходимость выяснить материальное положение и репутацию возможного кандидата в мужья. Мы воспользовались хорошим отношением к нам генерала армейского корпуса карабинеров, и попросили произвести его негласное следствие в отношении графа. Правда оказалась ужасна. Представляясь всем как борец за получение независимости от Австрийской монархии, он получил доступ к средствам, собранным для борьбы, и приспособил их для своих нужд. Вполне законное требование отчитаться о потраченных деньгах поставили его перед дилеммой: женитьба на богатой наследнице или побег в страну, где его не достанут бывшие соратники. На беду, им увлеклась моя сестра. Потому как граф недурен собою, и ловок в любовных интригах, запутать Анну в сети своей похоти и лжи для него не составило труда. И когда мы представили все доказательства его вероломства, она наотрез отказалась нам верить. К нашему сожалению, Эрнст тоже попал под влияние графа. Жесткий контроль, установленный матушкой для пресечения нежелательного общения, не принес результатов. Воспользовавшись неопытностью моего младшего брата, граф передал письмо сестре, предложив ей бежать. Рассчитывая, что для того, чтобы избежать огласки, мы пойдем на мировую с ним. Но наш старый слуга Джовани проявил недюжинную наблюдательность, и смог вовремя поднять тревогу, сорвав похищение Анны.
Мы посчитали, что на этом Томазо оставит нас в покое. Но время показало, как мы ошибались. Анну и Эрнста увезли опять в Англию, причем сестру вручили моему надзору. В то время я недавно женился, и переехал в Лейк — Эдж, где любой чужак сразу был бы виден. Моя первая супруга смогла подружиться с Анной. Следует заметить, что Дженни была по характеру доверчивой и доброй и не было человека, которого она не смогла бы расположить к себе. Камеристка, служившая у супруги, казалась образцом преданности и почтения к ней. Поэтому, когда произошла трагедия, и выяснилось, что мисс Крейн приложила к этому руку, мной овладело праведное желание найти и покарать губителей моей жены. Но судьба это сделала за меня. Мы не сразу нашли в порту Саутгемптмона некогда порядочную женщину, опустившуюся до погибшего состояния. Ублажающаю пьяную публику портовых пабов за несколько пенсов Крейн не сразу узнала меня, но я привел ее в чувство и заставил написать признание в содеянном. Первым, кого она упомянула, был Томазо Гумбольти. Где он сумел познакомиться с ней, она не вспомнила. Но зато ей хорошо помнилось, как по его приказу мою Дженни бросили со скалы его подельники. Саму Крейн Томазо бросил близ порта, оставив без средств к существованию. Она люто ненавидела его за содеянное, но я вижу в этом возмездие небес.
Дальнейшие поиски опять ни к чему не привели. Но зато со мной все чаще и чаще стали происходить неприятности, лишь по счастливой случайности закончившиеся благополучно.
Уехав по делам на достаточно долгое время в Лондон, я повстречал тебя — моего нежного синеглазого Ангелочка, который опять вернул мне вкус жизни и желание любить.
Здесь Ты уже должна помнить мой внезапный отъезд в поместье, после письма, полученного от дяди Реджинальда, где он писал, что Анна, встретив какого-то знакомого, по просьбе последнего пошла поговорить с ним в присутствии брата, который приехал погостить к нам. Дядюшка смело ее отпустил, рассчитывая, что Эрнст не даст сестру в обиду. Ну что взять со старика! В результате сестру силой запихнули в карету, и повезли (как потом выяснилось в Шотландию), для заключения брака. Не буду описывать, скольких усилий мне стоило ее освобождение, в результате которого я и получил ранение. Но, впрочем, тебе, мой Ангел, это известно.
Пока мистер Хоуп, врач, державший практику до мистера Мура, делал все возможное, чтобы быстрее поставить меня на ноги, поместье посетила группа итальянских моряков во главе с офицером. Несмотря на протесты доктора, я принял их. Их рассказ существенно дополнил картину падения гордеца, возомнившего себя вершителем судеб человеческих. Он сделал много мерзостей в своей жизни, и я не буду оскорблять твой милый взор перечислением их. Поверь мне, я удивлен, как его носит земля.
Во-первых, источники, близкие к нему заявили, что он поклялся отмстить за полученное от нас унижение.
Во-вторых, мерзавец серьезно решил завладеть нашим состоянием. Подкупив клерка в конторе моего нотариуса, который поплатился за это местом, он выкрал мое завещание, по которому сестре полагалась наследство в сумме семнадцати тысяч фунтов, помимо назначенного отцом годового дохода. Однако моя первая женитьба перечеркнула его планы. Потому как я пересмотрел завещание, учитывая Дженни, которая получала пятнадцать тысяч фунтов. Анне я оставил две тысячи, с возможностью распорядиться этой суммой по усмотрению сестры. Что и привело к трагедии.
