– Речь идет о проклятии, о магии и хаосе, – понизив голос, добавил Себастьян. – Я не прошу о поддержке или магии. Только о знакомстве. Буквально один разговор. Взамен сделаю все возможное, чтобы Третьему сальватору поверили. Я не говорю о всей коалиции, но уж придумаю, как быть с искателями и Орденом. Я смогу доказать отцу, что Третий сальватор нам не враг.
Звучало, конечно, заманчиво, но Пайпер не была такой уж дурой, чтобы соглашаться сразу же. Сейчас она не была настроена на сделки и обещания, даже если те были выгодны.
– Я подумаю над этим предложением, – сказала Пайпер, приложив последние усилия и улыбнувшись искателю. – Но не раньше, чем напьюсь.
– Прекрасный настрой. Я, честно говоря, планировал то же самое.
На этом можно было закончить, но Пайпер решила дождаться финальной ноты. Всего один танец – и она придумает себе другое занятие. Пока они танцевали, Пайпер бегло оглядывала зал, искала знакомые лица, пыталась почувствовать чужую магию, но…
Она запнулась, поймав взгляд Фортинбраса. Он ушел с пустым бокалом в руках и затаившейся магией, тогда как король Джулиан, оставшийся на месте, улыбнулся ей.
На секунду Пайпер захотелось выплеснуть вино ему в лицо, но затем в ее голове родился план.
Поначалу Эйс долго отказывался отвлекать дядю Джона, но в конце концов согласился, пробурчав что-то о том, что помогает именно Пайпер, а не Третьему. Ей этого было более чем достаточно. Николаса и уговаривать не пришлось – он сразу же сказал, что использует чары и Движение, чтобы скрыть их уход и выиграть минут двадцать-тридцать.
Сложнее всего оказалось найти Фортинбраса, который будто сквозь землю провалился. Но к моменту, когда Николас все же уговорил музыкантов начать играть яхади, он появился так же неожиданно, как и исчез. Пайпер без раздумий схватила его за руку и потащила в центр зала, где уже сгрудились не меньше десятка фей. Они радостно танцевали, сыпали чарами, завлекали в танец всех, кто попадался под руку, и Пайпер была готова благодарить их до конца жизни за помощь, которую они оказали, даже не подозревая этого.
Гораздо легче спрятаться у всех на виду, поэтому Пайпер затащила Фортинбраса в толпу танцующих фей, которые на несколько минут спрятали их от всего остального зала. Тогда же Движение скрыло их, и Пайпер, едва сдерживая смех, вытащила Фортинбраса не только из толпы, но и зала, провела по коридорам, где с каждым метром становилось все меньше людей, и, наконец, сорвалась на бег. Пайпер бежала быстро, крепко держа Фортинбраса за руку, потому что боялась, что их кто-нибудь заметит. А ей хотелось хотя бы ненадолго подарить ему спокойствие и тишину.
Затолкав Фортинбраса в какую-то гостиную, расположенную в противоположной стороне от торжества, Пайпер рассмеялась так сильно, что у нее выступили слезы, которые она скорее размазывала по лицу, чем по-настоящему утирала. Фортинбрас во все глаза смотрел на нее, явно не зная, что делать. Это было тем самым незабываемым выражением лица, ради которого стоило так стараться.
На самом деле в своей идее Пайпер не видела ничего великого, сложного и уж тем более противозаконного. На руке Фортинбраса все еще был дополнительный сигил, благодаря которому Шерая всегда точно знала, где он. Но, конечно, рыцарей она подставила знатно. Оставалось надеяться, что если Гилберт и решит наказать их за невнимательность, то Пайпер успеет вмешаться.
Перестав смеяться, Пайпер выпрямилась, посмотрела Фортинбрасу в глаза и снова засмеялась. Что-то внутри нее сломалось, и она никак не могла взять себя в руки. Все, что произошло и происходило, казалось ей безумным. Четыре дня назад они провели ритуал, который должен помочь душе Магнуса в лесу Мерулы, а теперь веселятся на празднестве в честь коронации Джулиана.
– Шерая знает, где я, – тихо произнес Фортинбрас, причем так неуверенно, будто не знал, может ли прерывать смех Пайпер хотя бы самой незначительной фразой.
– Им все равно потребуется время, чтобы найти нас.
– Не понимаю, зачем ты сделала это.
– Потому что ты, грустный и депрессивный, прятался от всех. Я решила тебя развеселить. Неужели не понравилось танцевать со мной?
Пайпер испытала извращенное удовольствие, заметив, как он покраснел. Боги, это было великолепно: видеть, как сам Третий сальватор, сильнейший из них, которого коалиция считает чрезвычайно опасным, краснеет из-за ее слов.
– Понравилось, – едва слышно ответил он. – И я не прятался.
– Я долго тебя искала.
Немного подумав, Пайпер ударила его по плечу кулаком и с улыбкой сказала:
– Расслабься. Хотя бы на пару минут.
Оглядевшись, она приметила двери на балкон и уверенно направилась к ним. Мгновением позже теплый ветер ворвался в комнату, мягко коснулся открытых плеч. Пайпер остановилась, упершись ладонями в перила, и внимательно огляделась по сторонам. Ряды балконов на разных этажах были пусты, внизу находились только цветущие сады и деревья, увешанные серебряными лентами.
– Пока что все чисто, – отрапортовала Пайпер, поворачиваясь.
