Усталость и страх перед неопределенностью будущего давили так сильно, что Марселин часто напрочь забывала о присутствии темного создания в особняке. Если это было тактикой Твайлы – затаиться, а потом атаковать, – то Марселин идеально подходила на роль первой жертвы.
Марселин встала из-за стола, за которым последние пару часов отмеряла нужное количество перетертых трав и смешивала отвары, и осторожно подошла к кровати. Правое предплечье Николаса было разорвано зубами Тхай, на спине остались глубокие раны от когтей Нуаталь. Марселин в течение нескольких часов постепенно извлекала хаос, изредка прибегая к помощи Шераи, старательно соединяла порванные мышцы, жилы и ткани, чувствуя облегчение от того, что кости не пострадали. Она влила сальватору в рот усыпляющий отвар сразу же, но иногда Николас все же просыпался и едва не боролся с ней – остатки хаоса, занесенного Тхай, сказывались на магии.
– Спокойно, – с улыбкой сказала Марселин, – ты в безопасности.
Николас часто дышал, испуганно смотря на нее, и пытался приподняться, чтобы перевернуться на спину.
– Не двигайся. Я осмотрю тебя, хорошо? Я аккуратно, – заверила Марселин, берясь за край одеяла. – Ты же мне веришь?
Николас, выждав несколько мгновений, все же моргнул. Марселин ободряюще улыбнулась и стянула одеяло, открывая спину сальватора. Несколько повязок пропитались кровью, но ни черноты под кожей, ни гнили, ни отслаивающихся кусков плоти не было.
– А теперь руку.
Сальватор помедлил, не сводя с Марселин испуганного взгляда. Она присела возле кровати на корточки и, когда их глаза оказались на одном уровне, улыбнулась еще шире. Словно нехотя Николас кое-как вытянул правую руку.
– Вот видишь, ничего страшного, – сказала Марселин, обнаружив под повязками только чистую кожу. – Ты в полном порядке.
Она ждала, что он ответит в своей привычной манере, с шуткой или яркой улыбкой, которой он одаривал ее уже столько дней, но Николас молчал. В глазах все еще читался страх, которого Марселин не понимала.
Николас громко всхлипнул, перевернулся на спину, натянув одеяло до самого лба, и затих. Марселин с опаской покосилась на него, но отвлеклась, услышав в коридоре крик и ругань Гилберта.
В приоткрытую дверь комнаты влетело что-то небольшое и светлое, а спустя мгновение перед ними предстала Твайла, тихо, но злорадно смеющаяся.
Едва она успела сделать шаг вперед, как на пороге появился злой Гилберт.
– Если ты еще раз так сделаешь, я вырву эти жалкие отростки из твоего лба и запихну в глотку!
Демоница улыбнулась, показав зубы, и шутливо поклонилась.
– Вперед, Ваше Величество. Посмотрим, кто умрет первым.
У Марселин дернулся глаз.
– Вы разве не видите…
– Нико! – взвизгнула Твайла, метнувшись к нему. – Тебе уже лучше? Ничего не болит?
Сальватор натянул одеяло еще выше и замер.
– Нико, – ласково повторила Твайла, упирая локти в край кровати и смотря на него, – ты что, стесняешься?
Гилберт громко фыркнул.
– Ни-ико-о, – протянула демоница, широко улыбаясь.
– Нет, – пискнул Николас из-под одеяла.
Марселин озадаченно переводила взгляд с сальватора на демоницу, тыкавшую острым когтем Николасу в плечо.
– Ты стесняешься.
– Не навреди ему, – инстинктивно выпалила Марселин.
Клятва могла среагировать на что угодно: подзатыльник, легкую царапину или синяк. Все это считалось нанесением вреда, но Твайла беззастенчиво тыкала в Николаса острыми когтями. Сальватор стянул одеяло до уровня глаз и, жалостливо приподняв брови, глухо уточнил:
– Никто больше не пострадал?
– Нет, – с готовностью ответил Гилберт, сделав шаг вперед. – Несколько рыцарей и охотников получили незначительные ранения, однако Шерая и Айше уже помогли им. Все в безопасности.
– А те демоны?
Марселин скосила глаза на Гилберта и уловила момент, когда его уверенная улыбка сменилась на натянутую.
– Тхай и Нуаталь сбежали, от остальных мы избавились. Кристин все еще возглавляет поиски Нуаталь, так что это лишь вопрос времени, когда мы вновь обнаружим их.
«
Она давно перестала выходить на поле боя и помогала коалиции исключительно косвенно, но даже это ей давалось тяжело. Изучение останков демонов в небольшой лаборатории очень часто заканчивалось неприятными воспоминаниями, всплывавшими в голове. Марселин вспоминала каждую секунду той злосчастной ночи, начиная с момента, когда Стефан понял, что проклят, и заканчивая тем, как Брадаманта убила его.
Марселин ненавидела себя за то, что стояла в стороне, пока все рисковали жизнями, и начинала думать, что с этим пора заканчивать.
– Так, – Марселин выпрямилась, строго посмотрев на Николаса. – Я приготовлю тебе чай с травами. Не напрягайся, не двигайся и вообще ничего не делай. Я быстро.
Марселин вполне могла ограничиться обычным отваром, но взгляд Твайлы был очень даже понятным – ей нужно поговорить с Николасом наедине.
