Мир твоими глазами полностью

– Не преувеличивай, – ответила Эля и смущенно прикрыла лицо ладонью. – Мне так неловко – я до последнего думала, что увижу там кучу проводов и мониторы повсюду, как в сериалах.

– Я бы подумала так же. Еще нужен шкаф с черными толстовками с капюшоном, которые он надевает перед работой. И сколько у него мониторов? – со смешком поинтересовалась Зоя.

– Три. И еще ноутбук.

– И гостиная с плазмой, как из крутых интерьерных журналов?

Эля кивнула, уже зная, что ее пестрые подушки навсегда останутся в пределах ее комнаты. На фоне сдержанных тонов Сашиного интерьера они будут смотреться неуместно. Неожиданно ее осенило: впервые у нее в квартире будет не только своя комната, но и целая гостиная, а еще большая кухня. Прачечная с сушилкой для белья, ради всего святого… В это до сих пор верилось с трудом.

– Одним словом, просто мечта, – подытожила Зоя, будто слышала ее мысли. – И Сеня прав насчет сна. Мы с Андреем даже с двумя будильниками иногда ничего не успеваем… Хватит ржать! Лучше убери коробки с прохода.

Пока Сеня пытался перестать смеяться, Эля заглянула под кровать в поисках пропавшей заколки для волос и заметила у самой стены тайник со своими старыми дневниками. Она давно о них не вспоминала – тетя Ника уже точно никогда их не увидит, а Саша уже знал многое из того, что было в них написано. Используя щетку для пола, она подтащила длинную обклеенную скотчем коробку к себе и вспомнила, как когда-то трепетно складывала в нее тетради с посланиями родителям и родственной душе. Та девочка засыпала со слезами на глазах, шепча под нос «Справишься», а в ее ушах была музыка, главного слушателя которой еще предстояло найти. Она разрывалась между тревогой и надеждой, стыдилась того, что однажды придется рассказать, и надеялась, что родственная душа не оставит ее. И теперь наконец-то чувствовала себя свободной от гнета прошлого. Она нашла родственную душу и собирается жить вместе с ней. Старым страхам было место там, где они оказались сейчас, – в обувной коробке.

Эле потребовалось несколько дней, чтобы привыкнуть к новому спальному месту. И дело даже было не в обычных сложностях, возникающих на новом месте. Даже раскладной диван в бывшем офисе Саши был мягче, чем ее старая кровать, – о чем она сообщила, стоило ему заикнуться о покупке новой. Она то и дело просыпалась, не понимая, где находится, пока не улавливала в воздухе тот же древесный аромат, который всегда сопровождал Сашу.

Это был не сон. Теперь она жила вместе с родственной душой. И ощущения были удивительными.

Саша дополнительно заплатил грузчикам, чтобы те подняли коробки и шкаф в квартиру, а потом помог донести их до ее новой комнаты. Стол он подвинул к стене, освободив место для пианино, а затем они вместе расставили книги Эли – биографии композиторов, несколько романов в бумажных обложках, а также классика любого подростка ее поколения: мифы древней Греции, «Гарри Поттер» и «Сумерки», при виде которых Саша громко фыркнул и покачал головой. Их было немного, так что хватило одной полки на его огромном книжном стеллаже. Позже Эля заметила, что он долгое время не сводил глаз с платьев, которые она вешала в шкаф, но потом будто опомнился и ушел на кухню. Там приходили в себя после поездки в специальном темном мешке ее рыбы. Будто чувствуя волнение хозяйки, в первый день они не вылезали из руин замка до вечера, а потом шарахались в разные стороны при появлении Саши. Эля называла это игрой, он же предполагал, что они строят планы, как вернуться в океан, как в «В поисках Немо». Ее растения, открытки, посуда и другие вещи в итоге так легко стали частью его лаконичного интерьера, словно когда-то раньше они с Сашей уже жили вместе.

Вечером, когда большая часть вещей была распакована, он вручил ей второй комплект ключей и сказал:

– Ну вот и все. Теперь ты официально здесь живешь.

Эля, несмотря на смущение, не смогла сдержать улыбки. Саша тоже казался довольным.

– Давай я приготовлю ужин по такому случаю? – спросила она.

– Я подумал заказать еду из того кафе, про которое ты рассказывала. Где в меню есть пирожное в виде Тоторо.

Вместо ответа Эля обняла его. Иногда ей казалось, что, желая делать это как можно чаще, тело пыталось компенсировать минимум телесных контактов во время периода хрупкой связи. О таком часто писали в книгах. Теорию подтверждало то, с какой охотой Саша всегда отвечал на ее объятия.

– Я так понимаю, это значит согласие?

– С каких пор ты читаешь мои мысли? – спросила она, услышав в ответ смешок.

– С тех самых, как ты хочешь, чтобы мы туда пошли, но там постоянно большая очередь. И в том самом кафе с круассанами мы были только на прошлой неделе. Догадаться несложно. Выбери что хочешь и возьми мне то же самое. – Он отстранился и, разблокировав экран телефона, отдал его ей.

– А…

– Сама приготовишь что-нибудь завтра.

– А я смогу помочь выбрать рецепт, – добавил голос Эсмеральды из колонки на кухонном столе, заставив Элю вздрогнуть. К внезапным замечаниям его ассистента ей еще предстояло привыкнуть.