– То, что ты доверился мне, для меня очень много значит. – Эля провела рукой по его груди и тихо добавила: – И мне жаль, что тебе пришлось так долго бороться с тревожностью. Сейчас тебе легче?
– Если не считать вчерашнего вечера, когда я запаниковал, намного. Благодаря тебе.
– Есть ли что-то еще, что я должна знать?
– Две вещи.
Эля выпрямилась, вытерла глаза и, глубоко вздохнув, посмотрела на него в ожидании. Их носы почти соприкасались, и Саше нравилось, что он не видел ничего вокруг, кроме ее лица.
– Первая – насчет Эсмеральды. Я хотел припасти эту историю на особый повод типа годовщины пробуждения связи или наших отношений, но не буду ждать. Я рассказывал, что назвал ее так потому, что понял кое-что в момент чтения книги. Но дело не только в этом. Так я раньше звал тебя в моей голове. Сияющее лицо, большие черные глаза, ослепляющие, как молния… – Эля удивленно открыла рот, но не издала ни звука, а затем густо покраснела. – Я был подростком, ты – еще младше, так что мое восхищение было только платоническим. Но мне нравилось думать, что в тебе я как бы обрел друга на расстоянии. Эсмеральда говорила со мной цитатами из книг, которые мне нравились, и я представлял, как говорил бы с тобой. Все думали, что я просто очень сильно любил Гюго, но я думал о тебе. Ты как будто была рядом, хотя мы еще даже не встретились. При прочтении романа меня покорил характер Эсмеральды, ее доброта и способность видеть красоту даже в уродстве. Я решил, что если у Квазимодо мог появиться такой человек, то и у меня тоже. Раньше в честь королев и любимых называли корабли, а я называл свое изобретение именем чудесного персонажа из классического романа с внешностью моей родственной души. Теперь-то я знаю, что у вас общая не только внешность.
– Саша… Бог ты мой. – Эля покачала головой, все еще пытаясь осмыслить эту новость. – Но ведь у нее такая грустная история.
– Я всегда представлял ее себе живой, не думая о концовке романа.
– Мужчины-писатели почему-то не любят заканчивать истории на хорошей ноте.
– Мне всегда казалось, потому что это может сделать их сентиментальными, а не реалистичными. А некоторые свои стороны хочется показывать лишь самым близким.
– Кто еще знает о твоей Эсмеральде?
Саша невольно улыбнулся такому выбору слов.
– Мой дядя знал, как ты выглядишь. Как-то раз много лет назад мы говорили о родственных душах у него на дне рождения, и я признался ему. Скорее всего, под влиянием выпитого вина. Он был рад за меня и в прошлом часто спрашивал, как идет мой поиск. Я понимал, что отчасти это было вызвано тем, что со своей родственной душой он так и не встретился, но в какой-то момент это стало причинять мне дискомфорт, и я попросил его перестать. Реакция была скорее негативная.
–
– Да, все верно.
Саша сделал мысленную пометку при случае еще раз поблагодарить дядю. Они виделись незадолго до его выписки, и оба были напряжены и мрачны.
Эля положила руку на щеку Саше, и он поцеловал край ее ладони. Ради одного такого нежного взгляда, который она послала ему в ответ, он был готов сделать что угодно.
– Ты веришь мне?
– Я чувствую, что ты говоришь правду. И предпочла бы, чтобы отныне мы всегда решали проблемы так – разговаривая друг с другом. Не нужно ссориться, чтобы разобраться в том, что не так. Я думала об этом, пока ехала домой, и решила, что вчера мы как будто стали участниками какого-то жуткого эксперимента.
– Прости меня за это.
– И ты прости. Мне тоже следовало вести себя иначе. Что еще ты хотел мне рассказать?
Саша напрягся, и она тоже посерьезнела. Положив руку ей на бедро, он провел по ее ноге вверх и вниз, ободряя девушку и заодно успокаивая себя.
– Пока я искал того, кто пытался взломать сайт «Мариона», нашел друга той певицы, – начал он, – и решил проверить его переписки, чтобы убедиться наверняка. Я наткнулся на его чат с одним типом, в котором они обсуждали всякие мерзости, типичные для женоненавистников. Я решил узнать, кто это, и в итоге обнаружил то, на что уже и не рассчитывал. Эля, фамилия
Эля тихо ахнула, и в ее глазах появился страх, который сказал ему все лучше любых слов.
– Я помню, что ты просила меня не искать его. Но скажи, если бы мы поменялись местами, то ты бы смогла оставить мысль когда-нибудь найти человека, причинившего мне такую боль, и отомстить?
Они долго смотрели друг на друга, прежде чем Эля покачала головой. Саша не был удивлен.
– Когда мой знакомый позвонил твоей тетке, та с испугу стала перебирать всех своих ухажеров. В ее переписках имен было меньше, и я решил, что кто-то из них мог оказаться тем подонком. Только она назвала его не то Шаповаловым, не то Шаполиным, – фыркнул он. – Музыканта с первой фамилией я нашел, но к вам он не мог иметь никакого отношения. А биография этого частично сходилась с тем, что ты мне рассказывала. Он остался все такой же мразью.
