С разрешения врачей он вернулся в офис неделю назад, только на один день из пяти, и до сих пор ловил на себе любопытные взгляды – словно люди рассчитывали увидеть на его голове имплант, как у Виктора Стоуна[8], или ждали, что после комы он начнет разговаривать на другом языке. До него доходили и такие слухи. Ну а то, что, восстанавливаясь после операции, он умудрился отыскать родственную душу, и вовсе стало главной новостью месяца.
При встрече Перов, разумеется, сделал вид, что рад его видеть, но спустя всего час не смог удержаться от подколок. Кроется ли причина аварии, в которую попал Саша, в том, что он тестировал беспилотную технологию управления автомобилем, о которой никому не рассказал? Или обнаружил новую галлюцинацию у Альды и решил разобраться с ней прямо за рулем? Саша не удостоил его ответом и во время совещаний часто ощущал на себе пристальный взгляд коллеги. В нем не было любопытства – скорее интерес, как скоро Саша почувствует себя плохо и вернется обратно в больницу. Он отрастил волосы, успешно скрыв след от операции, но шрам на его горле никуда не делся, и разница между движениями правой и левой рук была заметна всем, кто видел его работающим раньше. Ему стоило больших усилий привыкнуть к мысли, что прежний навык вряд ли восстановится. По крайней мере, теперь он заикался не чаще раза в день, и только в момент сильного волнения.
И вот сейчас он услышал, что его работу над Альдой во время больничного охарактеризовали как «работу в огороде». Саша хотел убедиться, что Альда не только будет давать правильные советы в области медицины, но и сможет понимать людей с еще более сильными дефектами речи, чем у него. Теперь эта проблема стала для него личной. План обучения был давно одобрен Колесниковым, но никто из них не учел мнение одного всезнающего подхалима. У того в приоритете были развлекательные направления вроде поиска выгодных покупок или информации о музыкальных композициях. Саше этот подход казался ограниченным.
Гадая, следует ли вернуться, зайти в кабинет и дать его клавиатурой ему же по лицу или придумать что-то другое, Саша замер посреди коридора. В груди запылало, руки сами собой сжались в кулаки. Шум офисной жизни в ушах, к которому ему приходилось привыкать заново, стал почти оглушающим. Пока Перов нравился Никите Егоровичу, с ним ничего нельзя было сделать. Но если он когда-нибудь допустит ошибку… Саша не любил ябедничать, но сейчас позаботится, чтобы об этом узнали абсолютно все.
– Саша! – окликнул знакомый голос. Сделав глубокий вдох, мужчина постарался придать лицу нейтральное выражение. Ни к чему было пугать одного из немногих людей, которые его не раздражали.
– Привет, Гриша.
Он обменялся рукопожатием с руководителем команды разработки мобильных приложений. Гриша встретил свою родственную душу двадцать лет назад, еще будучи студентом, и тяжело переживал расставание с ней по истечении двух недель, о чем и рассказывал коллегам. Именно его историю Саша вспоминал во время февральского карантина.
– Ждал, пока ты вернешься в офис. Запоздало поздравляю с окончанием поиска. Когда в отделе кадров сказали, что к ним пришло письмо из Центра регистрации родственных душ, все были в шоке. У тебя самая невероятная история из всех, которые мне доводилось слышать.
– Это точно, – сдержанно ответил Саша. Так как массовые рассылки по случаю окончания сотрудниками поиска в «Иниго» не проводились, все новости передавались через личные чаты сотрудников или разговоры в кафе и местах для курения.
– Расскажи о ней, – с искренним интересом попросил Гриша, разглядывая его разноцветные радужки. – Она врач?
Он был первым из коллег, кто решился затронуть тему поиска Саши. Остальные задерживали взгляд на его лице, но затем, спохватившись, торопились отвернуться. Популярности среди коллег авария ему точно не прибавила. Саша не обсуждал Элю ни с кем, кроме Эсмеральды у себя дома, не желая отвлекаться в рабочее время, но сейчас не захотел уклоняться от ответа. Его родственная душа не должна была казаться каким-то постыдным секретом.
– Она на несколько лет младше меня. Работает секретарем.
– А как зовут?
– Эля, сокращенно от Ангелины.
– Необычно. Я слышал только про Гелю или Лину. Вы продолжаете общаться?
– Иногда. У меня было много дел. Да и у нее тоже.
Гриша улыбнулся, не став настаивать, чтобы Саша поделился подробностями.
– Когда работаешь здесь, бывает сложно возвращаться в реальность. Что бы ни было дальше, не теряйте друг друга. Одно то, что я знаю, что моя Аня есть в этом мире, делает его лучше. Сегодня веду ее в ресторан, так что еще увидимся.
