«
Да, в отеле «Бертрам» останавливаются лица вполне определенного круга!
Он уже закрывал книгу, когда внимание его привлекла фамилия на одной из предыдущих страниц. Сэр Вильям Ладгроув.
Свидетель опознал судью Ладгроува, ехавшего в своем автомобиле мимо банка после только что совершенного ограбления. Судья Ладгроув, каноник Пеннифазер – оба постоянные гости отеля «Бертрам»...
– Надеюсь, вам понравился чай, сэр? – Это появился Генри. В его голосе звучала озабоченность радушного хозяина.
– Много лет не пивал я такого прекрасного чая! – сказал старший инспектор Дэви. Тут он вспомнил, что еще не заплатил за чай. Он достал было деньги, но Генри протестующе поднял руку:
– Нет-нет, сэр! Угощение за счет отеля. Распорядился мистер Хамфрис.
Уже на улице Дед вдруг остановился. Вынул записную книжку, вписал туда фамилию и адрес – нельзя терять ни минуты. Вошел в будку телефона-автомата. Пора действовать на свой страх и риск! Он решил довериться своему предчувствию, внутреннему своему голосу, к каким бы последствиям это ни привело.
Гардероб – вот что обеспокоило каноника Пеннифазера. Гардероб этот начал тревожить каноника еще прежде, чем тот окончательно проснулся. Потом он забыл о нем и снова заснул. Но вот теперь, открыв глаза, он опять увидел, что гардероб не на месте. Каноник лежал на левом боку, перед ним было окно, а, значит, гардероб должен стоять между кроватью и окном у левой стены! Но он стоял у правой! Это-то и встревожило каноника. Так встревожило, что он даже устал. Мало того, что голова буквально разламывается от боли, а тут еще гардероб сдвинулся с места! И он опять закрыл глаза.
Когда он наконец проснулся, в комнате было светлее. Еще не день, нет. Лишь слабый отблеск зари. «Господи, – сказал каноник Пеннифазер, внезапно разрешив тайну загадочного гардероба, – до чего же я глуп! Ведь я не дома!»
Он осторожно шевельнулся. Ну конечно же, это вовсе не его постель. Он не у себя дома! Он был – а где он был? Ах да, конечно! Ведь он уехал в Лондон, верно? Остановился в отеле «Бертрам».
– Где же все-таки я? – прошептал каноник.
Тут он вспомнил, что собирался в Люцерн. «Все понятно, – сказал он себе, – я в Люцерне». И стал вспоминать доклад, который собирался сделать. Но долго думать о докладе не смог. Головная боль усилилась, и каноник снова заснул.
Когда он проснулся – в который уже раз, – голова его прояснилась. И в комнате стало гораздо светлее. Нет, он не дома, не в отеле «Бертрам» и, теперь он был почти уверен в этом, не в Люцерне. Прежде всего, комната не похожа на номер в отеле. Он внимательно ее оглядел. Совершенно незнакомая комната, и притом скудно меблированная. Нечто вроде буфета (его-то каноник и принял за гардероб), цветастые занавески на окне, откуда сочился свет, стул, стол, комод, и это, пожалуй, все.
Он решил встать, чтобы выяснить этот вопрос, но едва сел на кровати, голова закружилась, и пришлось снова лечь.
«Видимо, я был болен, – решил каноник, – да-да, конечно же я был болен!» Он с минуту подумал, затем шепнул про себя: «По-моему, я до сих пор болен. Грипп?» Говорят, гриппом можно заболеть внезапно. Возможно, он подцепил вирусы, когда обедал в клубе «Атенеум»? А ведь верно! Он вспомнил, что действительно обедал в клубе «Атенеум».
