Миссис Всё на свете полностью

– Все нормально. – Голос Бетти звучал так, словно его передавала радиостанция, чей сигнал угасает. Чувствовала она себя соответственно.

– Ты уже выбрала специальность? – нарочито бодрым голосом поинтересовалась Джо. – Когда мы разговаривали в последний раз, ты склонялась в сторону английского.

– Пожалуй, сделаю перерыв в учебе. По крайней мере, на семестр.

Бетти не стала говорить сестре, что в Мичиганский университет уже не вернется – ни после этого семестра, ни позже. Она и представить не могла, как будет ходить по тому же кампусу, есть бургеры в Union, сидеть на занятиях в тех же аудиториях, где была в качестве девушки Девона Брейди – девушки, которая вызывала всеобщее восхищение, которую никто не насиловал и не бросал.

– Решила отчислиться?

В голове Бетти раздался оглушительно громкий голос доктора: «В следующий раз хорошенько подумай, стоит ли раздвигать ноги!» Она знала, что этот голос, эти слова будет слышать очень долго, может, и до конца своих дней.

– Найду какую-нибудь подработку в университете Уэйна в Детройте, машинистки-то всегда нужны, – промолвила она, повторяя мантру миссис Слоун, которая учила ее машинописи. – А ты должна снова поехать.

Джо промолчала.

– Я все тебе верну! – пообещала Бетти, и в ее голове сложился план. – В этом семестре поработаю в Hudson’s, мама поможет мне устроиться. Скоплю денег, и ты продолжишь свое путешествие – ты должна его продолжить!

Бетти было невыносимо вспоминать, как та ужасная женщина забрала деньги Джо, и думать о том, что сестра упустила шанс вырваться, ради которого так много работала… Стыд и печаль сворачивались в груди в тугой узел, и камнем лежали там, где раньше билось сердце.

– Не переживай, – ответила сестра. – Выяснилось, что Шелли не сможет поехать. Мое путешествие вышло бы совсем не таким, как я себе представляла.

Джо следила за дорогой, стараясь не смотреть Бетти в глаза.

Бетти покрепче сжала сумочку и прикрыла веки, прислушиваясь к спазмам в животе.

– Спасибо, – сказала она, когда Джо подъехала к дому. – Спасибо тебе за все!

Бетти выбралась из машины и побрела по дорожке, сгорбившись, как Бэббе. Стоял конец августа, густой и влажный воздух гудел от шума газонокосилок, поливальных установок и пения цикад – такие приятные, знакомые звуки под широким и невинным небом Среднего Запада. Скоро начнется школа. В ясном утреннем свете детишки будут смеяться и окликать друг друга, матери в бигуди высунутся из парадных и станут торопить шалунов или звать обратно за забытым домашним заданием или разрешением родителей на экскурсию. Потом придет Хэллоуин, и дети в костюмах постучатся в дверь, прося конфеты. Следом День благодарения, Ханука и Рождество. Снег выпадет и растает, вырастет трава, ее подстригут, она вырастет снова. Миссис Джонсон из дома напротив принесет семена тыквы и перца, Сара предложит ей розы, львиный зев и гортензии, а Бетти будет чувствовать себя все такой же грязной, скверной и испорченной…

Девушка ушла в спальню, задернула шторы, забралась в постель и накрыла голову подушкой. Проспав промежуток времени, который вполне мог длиться час, восемь часов или целые сутки, она проснулась, прошаркала к столу, что-то съела, не чувствуя вкуса, и снова заснула.

Однажды утром на пороге комнаты появилась Сара.

– Бетти, вставай! В одиннадцать у тебя собеседование в отделе хозтоваров.

Бетти вылезла из постели, приняла душ и надела единственную одежду, которая еще была ей впору, – старое платье Джо из зеленого полиэстера. С располневшим телом и кругами под глазами ничего не поделаешь, зато можно вымыть волосы, уложить их в прическу, подкрасить губы и нарумяниться. Поехав с матерью в центр, Бетти пообещала менеджеру, мистеру Бридлаву, что будет работать как следует, и поблагодарила за представленную возможность. Когда мистер Бридлав ей улыбнулся, обнажив пожелтевшие зубы, и объявил: «Рады принять вас в нашу команду!», Бетти ощутила огромную усталость. «Добро пожаловать на нашу карусель», – подумала девушка. Круг за кругом, круг за кругом.