Боксеры коснулись перчатками и вернулись каждый в свой угол. Роджер Мейвезер использовал последние мгновения перед тем, как гонг известит о начале боя, для того, чтобы сказать Бэйлессу, что защитный бандаж паха у Де Ла Хойи вылезал слишком высоко над шортами. Реакции не последовало. Толпа знаменитостей, включая Джона Мэддена, Тома Джонса, Мэтью Макконахи, Джека Николсона, Джима Керри, Джона Кьюсака, Уэсли Снайпса, Уилла Феррелла, Мэджика Джонсона, Рона Ховарда, сенатора Джона Маккейна, Мэри Джей Блайдж, Ашера, Леонардо Ди Каприо, Шона «Паффи» Комбса, Тоби Магуайра и десятки других звезд из мира спорта, развлечений и даже политики, заняли свои места.
Ожидание, в котором находился мир, закончилось. Вот-вот должен был начаться новый крупнейший поединок в истории бокса. И лихорадочное состояние арены «MGM Grand Garden» достигло апогея.
В течение минуты Де Ла Хойя четко и ясно проявил свои намерения. Он обрушил боковые удары и удары в голову Мейвезера оверхендом правой и левыми крюками. Он попытался запугать Красавчика. Однако ни один из его ударов не ложился в цель чисто, хотя, будучи крупнее, он пытался применить физическое воздействие и оставить заметный след.
Мейвезер выбрасывал быстрые джебы, Оскар же по-прежнему пытался наносить низкие хуки и получил предупреждение от Бэйлесса за очередную такую попытку.
Во втором раунде прежний чемпион боксировал так же резко. Четкие правые удары влетали в «бороду» Флойда, хотя Мейвезер отворачивался, чтобы смягчить их. И все же Оскар прижал его к канатам и принялся осыпать очередями ударов. Он прессовал его по перчаткам, рукам и плечам, искал, как пробить защиту, и время от времени набирал очки.
Скандирование «Ос-кар, Ос-кар!» заполнило арену.
Флойд проиграл раунд, но в углу Роджер сказал ему:
– Он только подходит ближе, но ни черта не добивается. Продолжай работать джебом, применяй обманки и дальше.
В начале третьего раунда Де Ла Хойя вновь загнал его в ловушку у канатов. Толпа взорвалась, когда он прорвался правой сквозь защитный блок Мейвезера, заставив фаворита откинуться назад на канаты, прежде чем совладать с собой и контратаковать.
По мере того как раунд продолжался, Мейвезер набирал джебами все больше очков. Затем он стал все чаще использовать прямой удар передней правой рукой.
В четвертом раунде Де Ла Хойя вновь стал бомбить ударами. В то время как Флойд отрабатывал свою обычную жесткую защиту, Оскар охаживал его по корпусу сериями левых хуков. Удары Мейвезера были более точными, однако Де Ла Хойя выбрасывал ударов намного больше.
В пятом Флойд провел в цель свой лучший панч за весь бой, когда его правая рука миновала левую Оскара и обрушилась в голову старшего соперника.
Схватка разгоралась, и Оскар поймал Флойда в отместку скользящим левым хуком. Мейвезер поразил наседавшего Золотого Мальчика двумя очаровательными правыми ударами где-то за минуту до конца раунда, и прежде чем он закончился, были еще такие же.
Роджер Мейвезер продолжал твердить своему племяннику, что Де Ла Хойя застопорится в последних раундах.
– Будь самим собою, – сказал он за несколько секунд до начала шестого раунда. – Это все, что тебе надо сделать, – быть самим собою.
Шестой и седьмой раунды прошли на равных, хотя Де Ла Хойя, как уже бывало с ним в крупных схватках, начинал выглядеть бледнее.
Восьмой раунд начался с волнующего обмена ударами, когда Оскар джебами заставил Мейвезера отступать, а Флойд отвечал точными встречными ударами правой. К концу раунда Де Ла Хойя также превратился в более неуязвимую цель. Это был хороший, равный бой. Не поединок века, и сенсационным его назвать было нельзя, но на ринге были два отличных бойца, которые замечательно дрались. И почти ничего такого в этой схватке не было.
В девятом Мерчант повернулся к своему коллеге-комментатору Эмануэлю Стюарду и спросил, можно ли считать Мейвезера величайшим боксером за все времена, если он каждый раз выбрасывал по одному панчу. В ответ услышал:
– Ну, я никогда не говорил, что он – величайший, его называют боксером «
– Ты надираешь ему задницу, – сказал Роджер. – Не приближайся к канатам, держи его в середине ринга и, помимо этого, отвесь ему пенделя.
Десятый раунд был для Де Ла Хойи скучным. Несколько раз он четко словил удары, но оказался не в состоянии добиться каких-то результатов своими собственными ударами. Ход поединка, похоже, безвозвратно оборачивался в пользу Флойда. В толпе раздались шиканье и свист, когда в одиннадцатом раунде Мейвезер стал держаться на некотором расстоянии от соперника. Движения Оскара стали замедляться, и, не считая удара правой, проведенного ближе к концу раунда, он начинал выглядеть так, будто из него выкачали все силы.
– Он уже не верит в себя, так что теперь давай иди и наподдай ему под зад, – напутствовал Роджер.
– Ты даже тяжело не дышишь, – подбадривал своего подопечного Роуч, стараясь настроить Оскара на то, чтобы он проявил упорство в последние три минуты.
