В свой отель он вернулся в половине четвертого. Разборки с «Трагедией» не дадут ему спать, а он отчаянно нуждался во сне после нескольких дней забав с Зоей и Хлоей в Лас-Вегасе. Ему хотелось выпить мартини с легкой примесью вермута, а потом бокал первосортного каберне и съесть ранний завтрак. Нет, ему нужна обеденная еда, чтобы перезапустить циркадный ритм. После этого – восемь часов сна, чтобы подготовиться к допросу Меган Букмен.
Ладлоу занимал многокомнатный номер в четырехзвездочном отеле. Правительство штата было насквозь пронизано коррупцией. В Сакраменто плескался целый океан отмываемых «темных денег», и потому город предлагал на выбор множество хороших отелей. В номере Ладлоу было целых три спальни. Проснувшись ночью, чтобы посетить туалет, он любил возвращаться в другую постель с безупречно чистыми простынями, на которых он еще не успел оставить следы своих отвратительных снов.
Позади офиса шерифа и городской тюрьмы находилась парковка для муниципальных служащих, а за нею – кирпичное здание гаража с небольшими зарешеченными окнами, расположенными почти под самой крышей. Оттуда исходил перламутрово-серый отраженный свет, поскольку тарелки светильников располагались ниже линии окон.
Здесь стояли автомобили, имеющие отношение к расследованию серьезных преступлений. Дальнейшая их судьба зависела от результатов расследования или решения суда: в одних случаях – конфискация, в других – возврат законному владельцу. В округе Пайнхейвен с его низким уровнем преступности правоохранительные органы не страдали манией реквизиции и не стремились обращать конфискацию себе на пользу. Поэтому, кроме личной патрульной машины Экмана, в гараже находились только две машины: «Форд F-150», водитель которого в пьяном виде совершил наезд и скрылся, и красный «додж-демон», принадлежавший Ли Шекету, он же Натан Палмер. На этом «додже» он бежал из Юты.
Шериф Экман прибыл в гараж прямо из больницы. Перевозбуждение отбило у него сон. «Доджем» он занимался один. Вследствие чрезвычайного характера преступления и вовлеченности корпорации, принадлежащей Дориану Перселлу, Экман решил не оповещать СМИ раньше полудня. Это даст ему время оценить ситуацию и решить, как наилучшим образом извлечь из нее максимальную выгоду. Его имя станет известным всему штату, что в дальнейшем сыграет важную роль в карьере. При удачном раскладе он сможет втереться в доверие к Перселлу и существенно повысить свое благосостояние.
Просите, и вам будет дано.
В багажнике машины лежали два чемодана. Первый не представлял ничего особенного. Во втором обнаружились пачки двадцати- и стодолларовых купюр. Никогда еще Экман не видел столько наличных денег. Он прикинул сумму. Здесь было никак не меньше ста тысяч долларов.
После долгих раздумий он перенес чемодан в багажник своей патрульной машины.
Деньги явно были приготовлены на случай бегства. Следовательно, Шекет заранее предполагал, что исследования, проводимые в Спрингвилле, чреваты катастрофой, где главным виновником окажется он.
Шекет говорил Меган Букмен о Коста-Рике, где он приготовил себе надежное местечко и собирался жить не под своим именем и не под именем Натана Палмера. Шекет надеялся жить тайно, но вначале ему нужно было попасть в Коста-Рику, не привлекая к себе внимания. Прямой путь исключался, а косвенный был сопряжен с расходами, существенную часть которых составляли взятки. Скорее всего, Шекет имел миллионы на оффшорных счетах, недосягаемых для властей. Шерифу подумалось, что сто тысяч маловато для успешного бегства, когда розысками этого молодца занималось даже всемогущее АНБ. Имея ресурсы и сознавая, что в случае чего он станет главным обвиняемым, Шекет наверняка подготовился к побегу основательнее. Сто тысяч – слишком мало. Скорее всего, в чемодане он вез только часть денег.
Экман ходил вокруг «доджа» и внимательно разглядывал машину. Автомобили часто переделывали, создавая тайники для перевозки наркотиков. В данном случае речь шла о наличных деньгах. Они должны находиться в таком месте, откуда их легко достать. Наружные части отпадали. Шекет вряд ли устроил тайник где-нибудь под крылом. Значит, надо искать внутри машины.
«Додж-демон» был в высшей степени кастомизированным автомобилем, а не просто серийной машиной с форсированным мотором. Отделка интерьера не уступала «мерседесам». Тайный отсек где-то хитроумно спрятан, но где? Швы на обивке и другие детали мешали умельцам скрывать тайники.
Через десять минут он обнаружил две скрытые под обивкой пластины. Шериф надавил на них и увидел потайной отсек в спинке переднего пассажирского сиденья. Внутри лежали пачки стодолларовых купюр, упакованные в полиэтиленовые мешки. Посчитав их количество в одном мешке, Экман понял, что нашел еще триста тысяч.
