Возможно, не случайно, что вслед за публичным исповеданием Ахура Мазды (Митры?) царь начинает достаточно необычно трактовать справедливость. В 67 г. до н. э. он смог разоблачить заговор римского сенатора Атидия, который бежал к Митридату и считался «другом царя». Затем Атидий вступил в переговоры с Лукуллом и пытался предать царя. Самого сенатора и его сторонников казнили по приказу Митридата. «Вольноотпущенников же, которые были соучастниками Атидия в этом замысле, он отпустил невредимыми, говоря, что они служили своему господину» (Арр. Mithr. 90). Спустя два года, восстановив свою власть на Боспоре, царь казнил придворных Махара, причем по такому же принципу: «Всех его друзей, которых он сам дал ему, когда тот уходил управлять этой страной, Митридат казнил; тех же из приближенных своего сына, которые служили ему как личному другу, он отпустил невредимыми» (Арр. Mithr. 102). Кажется, очень справедливо: друзья Митридата, служившие Махару, – предатели, но друзья Махара никого не предавали. Надо сказать, что, сталкиваясь с предательством всю свою жизнь, Митридат научился особенно ценить человеческую верность. Похоже, это становилось принципом Митридата, что, в общем, объяснимо, если мы вспомним, что Митра – бог не только Солнца и Победы, но и Правды и Верности договору[140].
Интересно и другое – мы все знаем о том, какое большое значение для жителей Азии играл культ Великой Матери. Как уже говорилось, верховный жрец в Команах – официально второе лицо после царя. Великая Мать правила всей природой, олицетворяла Землю. Обряд поклонения ее культу характеризовался безумным экстазом ее жрецов, наносивших себе в таком состоянии кровавые раны. В античную эпоху Кибела изображалась в зубчатой (в виде башни) короне и едущей в колеснице, запряженной львами.
Вместе с тем мы не знаем ничего об участии царя в этих праздниках. Конечно, они были, просто историки не сообщали об этом. И разгром Мурены царь не отметил торжественным почитанием Великой Матери (Кибелы), а ведь римляне ограбили храмовую казну, и благодарность Великой Матери – Кибеле, которая отождествлялась с Артемидой Таврополой и считалась в том числе богиней-воительницей, была бы так уместна.
Вообще странным образом в рассказах о Митридатовых войнах поклонение Великой Матери упоминается только один раз. Она явилась во сне одному полководцу и, «представ перед ним, протягивает ему молнию и, называя по имени каждого из его врагов, повелевает поразить их, и, пораженные молнией, они падают и исчезают». Этот полководец… Сулла. Как странно! Если мы вспомним теперь, что Дорилай, верховный жрец Команы, перешел на сторону римлян, хотел свергнуть царя и встать во главе государства (то есть занять не второе место, а первое), если мы вспомним, что Архелай обещал Лукуллу передать в руки римлян все царство, то неизбежно возникнет впечатление, что у Митридата были какое-то трудности со жрецами Коман. Как известно с конца Второй Пунической войны культ Реи-Кибелы был введен в Риме официально. Кроме Суллы, паломничество к Матери Богов совершал Марий. Кажется, что жрецы Великой Матери были убеждены, что они смогут договориться с римлянами. И не ошиблись: когда Помпей победил и сын Архелая стал верховным жрецом в Команах, то храмовая земля была даже увеличена. Помпей расплачивался за какие-то услуги? Может быть, не случайно царь не стал защищать храмовую казну от посягательств Мурены?
Косвенно гипотезу о конфликте Митридата с жрецами Команы подтверждает еще одно обстоятельство. Историки давно обсуждают проблему т. н. понтийской анонимной меди – медных монет Понта, на которых нет информации, указывающей на то, при каком царе они были выпущены. На одной стороне монет изображена восьмилучевая звезда. Существует четыре типа этих монет. Опираясь на мнение Ф. Имхоф-Блумера, А. Зограф считал, что на Понте «с начала правления Митридата обращались безымянные медные монеты… Эти монеты есть основания считать выпусками подвластных Митридату местных властителей или его наместников»[141]. В 1960-ые гг. К.В. Голенко предложил классификацию, которая стала в нашей стране преобладающей. С его точки зрения, группы монет сменялись в следующей последовательности:
1-я группа – «цветок розы – звезда»,
2-я группа – «кожаный шлем – звезда»,
3-я группа – «голова в кожаном шлеме – звезда»,
4-я группа – «горит – звезда».
Голенко отнес их к наместнической чеканке понтийских сатрапов III–II вв. до н. э. (но до 30-х гг. до н. э.)[142] – то есть отказался считать это монетами Митридата Евпатора.
