Катя в приемной смерила ее взглядом и улыбнулась. Яна, у которой после общения с Сергеем настроение взлетело до небес, тоже ей улыбнулась и, окинув взглядом в ответ, решила, что она все-таки погорячилась, предположив, что Катя могла всерьез понравиться дяде. Она была невысокой, скорее всего не отказывала себе в углеводах и явно не бегала по утрам. Последние замечания прозвучали в голове ехидным маминым голосом, и Яна поспешила на свое рабочее место.
Дверь в кабинет босса была приоткрыта, и стоило ей войти в приемную, как послышался его голос:
— Янкин, зайди!
«Янкин» звучало обнадеживающе. Значит, он точно был в неплохом настроении. Но она вдруг некстати вспомнила предположение Сергея и отчего-то покраснела. Нужно было погулять по зданию, а не торопиться к себе.
— Да, Лев Константинович.
Она вошла в кабинет босса, держа в руках блокнот и ручку.
— Садись. Писать ничего не нужно. Поговорить хочу.
Яна опустилась на свое обычное место напротив Льва Константиновича и положила на колени блокнот с логотипом фирмы.
— Как у тебя на личном фронте дела? — огорошил ее босс, и Яна от неожиданности так сильно надавила на зажим ручки, что тот отломился.
— А почему вы спрашиваете? — вырвалось у нее.
Два разговора на подобную тему за такой короткий промежуток выглядели определенно странно.
— Ты красивая, умная, все при тебе, — начал перечислять босс, и Яна выпрямила спину так, что хрустнула поясница.
— Не думаю, что это стоит обсуждать на рабочем месте.
И снова, снова в своем тоне она услышала мамины интонации. Лев Константинович, кажется, тоже их услышал, потому что усмехнулся.
— Ну а где нам еще с тобой это обсудить, если мы и видимся только на работе?
— Вы… на что-то намекаете сейчас? — похолодев, спросила Яна.
В памяти всплыло, как она рыдала у него на кухне, кутаясь в плед. Кажется, это было целую жизнь назад.
Лев Константинович несколько секунд на нее смотрел, а потом его глаза расширились.
— Да бог с тобой, ребенок!
— Не такой уж и ребенок, — холодно произнесла Яна.
— Ой как ты на мать сейчас похожа, — подтвердил ее подозрения босс и натянуто улыбнулся. — Ты мысли дурацкие из головы сразу выкидывай. Какой бы ты у нас раскрасивишной ни была, для меня ты Лёшкина дочка. Я спросил об этом потому, что обратил внимание: вы с Ромкой стали много общаться.
— Разве?
Облегчение от того, что удалось выйти из неловкой ситуации, сменилось у Яны искренним удивлением.
— Ну да. Вчера ездили к Волковым, до этого в кино ходили. Сама говорила.
— В кино мы ходили вчетвером: Маша и Дима еще были. А вчера так просто получилось. Лев Константинович, если вы думаете, что у нас там что-то с Ромой, то нет. Вы что? Мы… просто общаемся. Мы…
— Дружите? — подсказал босс.
Яна хотела сказать «нет», но вдруг вспомнила, что ее чат с Романом раз в пять длиннее чата с Димой. И это вообще самая содержательная из ее переписок.
«Пиши в любое время».
— Вроде как дружим, — признала она.
— Понятно.
Босс встал и подошел к окну. Яна посмотрела в его спину и осторожно спросила:
— Что-то случилось?
Лев Константинович тут же обернулся.
— Ян, как он?
— Рома? Хорошо. Но вы же…
— Мы же. — Босс невесело усмехнулся. — Мы же, Янкин, списываемся раз в неделю в лучшем случае. Он сам не пишет, отвечает односложно. Виделись в последний раз мы с ним с месяц назад.
— Почему?
— Подозреваю, потому, что он у нас теперь человек семейный. — Босс произнес это с непередаваемой интонацией. — А Маша меня то ли стесняется, то ли побаивается. Уж не знаю, чем я так не угодил. Хотя знаю, конечно. Но сына я теперь не вижу.
— А вы ему об этом говорили?
— О чем? О том, что мы виделись месяц назад? Так он, полагаю, не мог не заметить.
— Нет. О том, что скучаете, — закончила Яна.
Босс раздраженно скривился.
— Дело вообще не в этом. Я просто волнуюсь. Я понятия не имею, что происходит в его жизни. Я просто исправно перевожу ему деньги на карту… и все. — Босс развел руками.
— И это называется «скучать». А еще «обижаться».
— Откуда ты только такая умная? — невесело усмехнулся Крестовский-старший и спросил, глядя на нее: — Ну вот как его угораздило выбрать эту Машу? Ну… Маша же. Этим все сказано.
Лев Константинович досадливо махнул рукой.
Яна понятия не имела, почему он так настроен против Рябининой. Ей, конечно, и самой Маша по-прежнему не особо нравилась, зато та явно нравилась Роману и Диме. Наверное, в ней что-то было.
— Ладно. Иди работать. Просто, если вдруг у него там будут проблемы какие-то, ты не молчи. Лады? А то мы уже проходили, знаем, чем его самостоятельность заканчивается.
— Хорошо. — Яна встала, подобрала с пола отломившийся кусочек ручки и вышла из кабинета, испытывая благодарность за то, что Лев Константинович не стал ей указывать на участие ее мамы в Ромкиных неприятностях.
Закрывая дверь, она увидела, как босс вновь отвернулся к окну, и ей стало его жалко. Так жалко, что, усевшись за стол, она открыла чат с Ромой и написала: «Нужно встретиться. Есть разговор».
Он прочел сразу.
«Договорились».
