Юла не считала, что ее нужно лечить. Стоило кому-либо заговорить об этом, как в ней поднимался протест. Но вот сейчас, глядя на полуулыбку Волкова, ей совсем не хотелось возмущаться. Наверное, потому, что он не говорил, что только она здесь неправильная и только ее нужно лечить, чтобы всем остальным было удобно. Он сказал, что сам такой же неправильный, как она. А два минуса дают плюс. По крайней мере, так их учили в школе.
А еще он назвал ее Юлой.
Собирается пазл из разбитых кривых кусочков.
Утром LastGreen написал Лене, что они с Аней приедут, если ее приглашение в силе. Лена отбила: «Жду!» — и больше ничего не добавила. Это выглядело немного странно, но LastGreen’у было не до вникания в оттенки ее настроения. Сашка по-прежнему оставался без связи, дома не появлялся, поэтому посоветоваться напоследок опять не получилось.
Оставив Аньку смотреть мультики, LastGreen на автобусе метнулся к дому, у которого накануне оставил мопед, с удивлением обнаружил его нетронутым и отогнал в автомастерскую Потапа, все еще надеясь поймать Сашку там. Но того, увы, не оказалось. Пришлось осуществлять свой не слишком удачный план в одиночку.
Лишних денег на такси не было, поэтому до коттеджного поселка, где жили Волковы, они с мелкой поехали на электричке, а потом на маршрутке, которая останавливалась аккурат перед КПП. Оттуда LastGreen позвонил Лене и попросил выписать на них с Аней пропуск. Лена уточнила номер машины, и он, усмехнувшись про себя в очередной раз, сказал, что они пешком. Лена смущенно ойкнула и обещала позвонить охране.
Спустя минуту их впустили. От КПП до дома Волковых они дошли прогулочным шагом минут за десять, и этого времени оказалось катастрофически мало для того, чтобы подготовиться к встрече. Казалось, проклятый снимок жжет грудь через подкладку куртки и футболку.
Калитка была открыта, и Аня бросилась вперед, не дожидаясь LastGreen’а. Тот поспешил следом, потому что на территории Волковых всегда чувствовал себя неловко и волновался, что мелкая что-нибудь разобьет или испортит. Хоть Лена и утверждала, что ничего страшного не случится: это всего лишь вещи. Ее воздушность LastGreen’а временами умиляла, а временами бесила. Но критически посмотреть на Лену не получалось. В нем как будто что-то переклинивало, и он, даже признавая все ее недостатки и странности, все равно готов был смотреть на нее, не отрываясь, и ловить каждое слово. Если это и не называлось любовью, то явно было чем-то похожим.
Войдя во двор, LastGreen остановился, потому что, помимо машин Сергея и Лениного брата, здесь стоял черный мерседес, которого он раньше не видел.
— Привет. — Лена выпуталась из Аниных объятий и, подойдя к LastGreen’у, чмокнула его в щеку. Он поймал ее за талию и сказал:
— Привет. У вас гости? Мы не в тему?
— Гости, но вы всегда в тему. У дяди Лёвы дээр. Он решил отмечать здесь.
— Э-э…
— Ну это Ромкин папа, помнишь? Вы виделись. Они дружили с нашими родителями, мы всегда все вместе отмечали. Ну и вот, он решил вспомнить молодость. Да не парься. — Лена подалась вперед и прошептала: — Кажется, он просто спасается от Ромкиной мамы. Они в разводе, а та решила прилететь к нему на праздник. Короче…
Она раздраженно махнула и, крутанувшись в кольце его рук, обхватила его кисти, крепко себя обнимая.
Теперь она прижималась спиной к груди LastGreen’а как раз там, где в кармане лежал чертов снимок, и тянула его вперед. Шагать в такой позе было непросто, но, если бы у него был выбор, он прошагал бы так марафонскую дистанцию, только бы не думать о фотографии и потенциальном детдоме для сестры.
— О, привет! — Показавшийся на крыльце Сергей окинул их взглядом, и LastGreen’у тут же захотелось вытянуть руки по швам и отстраниться, но Лена только сильнее прижала его ладони к своему животу, и он, решив не рыпаться, кивнул:
— Здравствуйте!
— А я думал, это Ромка с Яной. Давайте залетайте. Можно в дом, а можно сразу к беседке.
— Я к беседке, — радостно сообщила мелкая и вприпрыжку поскакала по тропинке.
Сергей скрылся в доме, а Лена вдруг вновь крутанулась в объятиях LastGreen’а и, задрав подбородок, с вызовом посмотрела ему в глаза. Он помнил, о чем они говорили в последний раз по телефону и с чего началась их ссора, поэтому наклонился и осторожно ее поцеловал.
Было неловко от того, что они стоят на виду, особенно когда ворота начали отъезжать, а Лена обвила его шею руками, не давая обернуться и посмотреть, кто приехал.
— Что за нахрен? — раздалось рядом, и LastGreen все-таки отпрянул.
— Самый главный нахрен тут ты, — огрызнулась Лена на брата, который стоял на крыльце и смотрел на LastGreen’а так, будто готовился делать замеры для похоронного костюма.
