Тот сжал челюсть и сверкнул на меня глазами.
– Давай прекратим это, Трэвис. Я вижу, что вы созданы друг для друга.
– Спасибо за комплимент, – сказал Трэвис, кладя руку мне на плечи.
Паркер оттолкнулся от стены и быстро завернул за угол к лестнице, поглядывая, не следует ли за ним Трэвис.
– Ты в порядке? – спросил меня Трэвис.
– Рука побаливает.
– Это было круто, голубка, – улыбнулся он. – Я впечатлен.
– Возможно, он теперь подаст на меня в суд, и мне придется оплатить ему дорогу в Гарвард. А ты что здесь, кстати, делаешь? Мы же собирались встретиться в столовой.
Уголок его губ приподнялся в озорной улыбке.
– Я не мог сосредоточиться на уроке. Вспоминаю тот поцелуй.
Я окинула взглядом коридор и посмотрела на Трэвиса.
– Идем.
– Что? – Все еще улыбаясь, он свел брови.
Я прошла в глубь здания и дернула за ручку двери в кабинет физики. Та распахнулась, и я заглянула внутрь, убедившись, что там темно и пусто. Потом потянула Трэвиса за руку, хихикая от его растерянности. Заперла дверь и прижала к ней Трэвиса.
– Что ты делаешь? – усмехнулся он, когда я поцеловала его.
– Не хочу, чтобы ты был на уроке рассеянным, – ответила я, снова целуя Трэвиса.
Он поднял меня, и я обхватила его талию ногами.
– Не знаю, что бы я делал без тебя, – сказал Трэвис, одной рукой поддерживая меня, а второй расстегивая ремень. – И не хочу узнать. Никогда. Голубка, ты все, что мне нужно.
– Помни об этом, когда в следующей игре в покер я заберу все твои денежки, – сказала я, снимая майку.
Я повернулась, скептически разглядывая себя в зеркале – в белом, убийственно коротком платье с открытой спиной. Лиф удерживала перекинутая через шею полоска из стразов.
– Ух ты! Трэвис описается, когда увидит тебя в этом! – сказала Америка.
– Очень романтично, – закатила я глаза.
– На этом и остановимся. Больше не ищи. Оно то, что надо, – сказала подруга, радостно хлопая в ладоши.
– А тебе не кажется, что оно слишком короткое? Мэрайя Кери и та столько тела не показывает.
– Я настаиваю, – покачала головой Америка.
Настал мой черед сидеть на лавочке, пока Америка примеряла наряд за нарядом. Когда пришло время выбирать, она проявила даже большую нерешительность, чем я. В итоге подруга остановилась на чересчур коротком, обтягивающем платьице телесного цвета с лямкой на одно плечо.
Вернувшись домой на «Хонде», мы не увидели на стоянке «Чарджера», а Тотошка сидел в квартире один.
Америка достала телефон и набрала номер, а когда Шепли ответил, улыбнулась.
– Куда уехал, малыш? – спросила она, потом кивнула и посмотрела на меня. – Почему я должна злиться? Что еще за сюрприз? – настороженно проговорила она.
Подруга взглянула на меня и прошла в комнату Шепли, закрывая дверь. Я почесала за острыми ушками Тотошки, пока Америка бормотала что-то по телефону в спальне. Выйдя оттуда, она еле сдерживала улыбку.
– Что они опять задумали? – спросила я.
– Едут домой. Пускай Трэвис сам тебе расскажет, – сказала она, демонстрируя улыбку до ушей.
– О боже… что еще такое? – спросила я.
– Я не могу тебе сказать. Это же сюрприз.
Я нервно теребила волосы и ковыряла ногти, ожидая, когда приедет Трэвис со своим очередным сюрпризом. Вечеринка в честь дня рождения, щенок – я не могла представить, что будет дальше.
Громкое рычание мотора «Чарджера» оповестило об их прибытии. Поднимаясь по ступенькам, парни смеялись.
– У них, кажется, отличное настроение, – сказала я. – Хороший знак.
Сначала зашел Шепли.
– Я не хотел, чтобы ты подумала, – заговорил он, – что я не стал по какой-то причине тоже это делать.
Америка поднялась к своему парню и обняла его.
– Шеп, ты такой глупенький. Будь мне нужен ненормальный бойфренд, я бы встречалась с Трэвисом.
– Это совершенно не показывает, как я отношусь к тебе, – добавил Шепли.
Трэвис переступил порог с забинтованным запястьем и, улыбнувшись мне, рухнул на диван. Потом положил голову мне на колени.
Я не отводила глаз от повязки.
– И… что ты сделал?
Трэвис улыбнулся и притянул меня для поцелуя. Он заметно нервничал. На его лице была улыбка, но интуиция подсказывала мне, что он не уверен, как я отреагирую на его поступок.
– Сегодня я был слегка занят.
– Чем же? – с подозрением спросила я.
– Успокойся, голубка, – засмеялся Трэвис. – Ничего дурного.
– Что случилось с твоим запястьем? – сказала я, приподнимая за пальцы его руку.
Снаружи раздался оглушительный рев мотора, и Трэвис подпрыгнул с дивана, открывая дверь.
– Как раз вовремя, черт побери! Я дома уже пять минут! – с улыбкой сказал он.
Внутрь зашел мужчина, держа с одной стороны серый диван, обернутый пленкой. Следом появился второй, поддерживая диван сзади. Шепли и Трэвис подвинули вперед старый диван – вместе со мной и Тотошкой, и грузчики поставили на его место новый. Трэвис снял пленку, подхватил меня на руки и опустил на мягкие подушки.
– Ты купил новый диван? – спросила я, улыбаясь во весь рот.
– Ага, и еще кое-что сделал. Спасибо, парни, – сказал Трэвис, когда грузчики подняли старый диван и удалились.
– Он хранил много воспоминаний, – ухмыльнулась я.
