Саныч, пошатываясь, отошёл от окна, машинально налил ещё один фужер коньяку, жадно выпил его, постоял, качаясь, и, растопырив руки, заученным маршрутом направился в спальню.
Раннее утро в городе ни с чем не перепутать. Начинают дворники. Потом сосед. Сволочь. Деньги на ремонт экономит и гоняет стартёр минут десять, вынимая душу. Приехали мусорщики. Здрасьте! Скучали без вас! А ещё громче можете? Потом соседка Валя тащит с пятого этажа своих близняшек, ненавидящих детский сад. И их стереоистерику не заглушит ни подушка на голову, ни голова в подушку! Как дети в таком возрасте могут орать басом? Девочки!
А вот когда утром просыпаешься в носках, трусах, очках и в галстуке, это вызывает вопросы. И у Сан Саныча Михайлова они были! Вспоминать позор долго не пришлось, тем более что на спинке кровати висело то самое… вечернее платье «под зебру». Почему-то прислоняясь спиной к стене, скользя майкой по обоям, Саныч пошёл в разведку. Дверь в ванную комнату была прикрыта не полностью. Шумел душ и лёгкое сопрано выводило «… я люблю тебя до слёз…». Как же было обидно! И больно! Решение было принято мгновенно. Встав на кухонную табуретку, Саныч достал с антресолей два пустых чемодана. Не глядя, вывернул из своей половины шкафа одежду, утрамбовал её в чемоданы, а не влезшие носки с трусами рассовал по карманам костюма. Потом впопыхах оделся, забрал из трюмо свой паспорт, диплом и толстую папку с почётными грамотами.
– Саньчи-и-и-и-ик! Пора вставать! Вынеси мусор! – донеслось из ванной. Видно, почувствовала движение. Гадюка!
Волоча старые неудобные чемоданы, Саныч подошел к зеркалу в прихожей, выбрал самую яркую помаду и написал крупно:
«ПРОЩАЙ! Я БЫЛ С ТОБОЙ СЧАСТЛИВ! БУДЬ И ТЫ С НИМ!»
Потом, повесив на крючок свой ключ от квартиры, обивая углы прихожей чемоданами, захлопнул дверь.
В нашей стране рабочий день у всех категорий трудящихся заканчивается примерно в одно время. И только врачи, студенты и спортивные тренеры портят общую картину.
– Ты смотри, подошел, а я думал, что посеял, – сам себе удивился Сашка, открывая дверь в квартиру Деда своим ключом.
Сессия заканчивалась, причём заканчивалась без особого кровопролития. С учёбой у младшего Михайлова проблем, слава богу, не было. Да и какие могут быть проблемы у кандидата в мастера по боксу, победителя всех мыслимых и немыслимых университетских соревнований. Скоро, совсем скоро он станет величайшим хирургом современности. На его счету уже три аппендикса, резекция желудка и удаление камней! Вернее, он присутствовал на операциях, а на одном аппендиксе ассистировал. Но то ли ещё будет! Главное, крови не боялся. Боксёр!
У Сашки до сих пор перед глазами маячила тень шикарной фигуры Антонины Петровны со шлангом от пылесоса в нежных руках. У Деда была сегодня тренировка. А где тогда она? Не очень-то хотелось с ней сталкиваться.
– Антонина Петровн-а-а-а! – негромко, с придыханием позвал Сашка, стягивая с ног кеды, тем самым добавляя в местную палитру запахов что-то своё… особенное.
В ответ включился старинный дедовский холодильник, испугав своим рокотом карьерного самосвала стаю голубей на подоконнике и соседа, прячущего на балконе чекушку водки. Пахло мужским дорогим одеколоном, слегка щекотал обоняние запах смеси лавра благородного и чёрного индийского перца, доносящийся из кухни. Женщиной тут и не пахло!
– Петровна! Вы дома? – уже без надежды на бесплатный стриптиз спросил, увидев стоящий в прихожей уже холодный пылесос, застенчивый юноша.
– И где она? Опять задушил и спрятал? Синяя борода! – начал храбриться после недолгих поисков спортсмен-разрядник.
Прихватив из прихожей тяжёлый боксёрский мешок, он ходил из комнаты в комнату и смотрел оценивающе на потолок. Получалось, что лучшим местом для мешка была спальня Деда. Осталось найти те убедительные аргументы, которые… Неожиданно что-то промямлил дверной звонок и Сашка, обнимая, как родного, свой мешок, пошел открывать. На пороге стоял его отец – Михайлов Александр Александрович, то есть Сан Саныч, как мы с вами и договаривались.
– Привет, сынок, а ты чего и как здесь?
– Здорово, па! А у меня ключ… да так, деду обещал, – не объясняя, ответил Сашка, путая следы.
– А дед?
– Так вторник сегодня, тренировка у него. Попросил к его приходу пельменей сварить, – ответил Сашка и, поставив мешок на старое место, повесил полотенце на шею и пошел на кухню.
– Здорово! Пельмешки – это хорошо! Давненько я пельмешки… – быстро сбросив туфли и повесив пиджак, Сан Саныч, потирая от предвкушения руки и шаркая дедовскими тапками, на три размера больше, пошлёпал за Сашкой на кухню.