– Уровень ваших математических знаний, – деловито сообщил голос, – мало учитывает реальное искривление пространства и совсем не учитывает его многомерности. – Тут голос помолчал немного и добавил всё тем же деловито нравоучительным тоном: – Поэтому ваши познания и достижения в различных областях математической науки тоже весьма односторонние, и даже кое в чём примитивные. Во многом же они просто ошибочны.
– Вот как? – сказала Лерка, во все глаза рассматривая неподвижно висящий над столом учебник. – Слушай, ты бы его положил лучше, а?
Учебник математики вздрогнул, дёрнулся вдруг туда-сюда, потом, мелко-мелко задрожав, неожиданно плавно опустился на стол. Впрочем, неизвестно было, по Леркиной просьбе сие произошло или просто так совпало по времени.
– Спасибо! – на всякий случай поблагодарила Лерка невидимого своего собеседника, потом она внимательно посмотрела по сторонам и спросила, почему-то понизив голос почти до заговорщицкого шёпота: – А ты где всё-таки прячешься? И кто ты такой, в конце-то концов?!
– Вопрос не имеет смысла, – немедленно отозвался голос. – Уровень ваших научных знаний не позволяет найти даже приблизительное выражение для обозначения истинной моей сущности, а также истинного место настоящего моего расположения.
– Не доросли, значит! – грустно констатировала Лерка.
Она уже окончательно пришла в себя и почти успокоилась. Ну, голос! Таинственный голос, ничего не скажешь, весьма загадочный даже голос. Ну и что с этого! Неужели меньше таинственного и загадочного пришлось ей пережить за эти три дня? Взять хотя бы тарелки, летающие наперегонки с кастрюлями по комнате, или телевизор, упрямо стремящийся что-то изображать, несмотря на выключенное своё состояние…
Впрочем, голос – это куда интереснее!
– Ну а всё-таки, где ты в данный момент находишься? – спросила она своего невидимого собеседника. – И почему я тебя не могу увидеть? Или могу?
– Вопрос не имеет смысла, – произнёс, немного помолчав, голос. – Просто ваши органы чувств не способны зафиксировать место моего нынешнего нахождения даже в пространстве, не говоря уже о том, что между временем и пространством существует тесное взаимопроникающее взаимодействие. Ну, а если упомянуть ещё и о временно-пространственных осевых и параллельных координатах… – голос вновь умолк на мгновение и добавил: – У вас весьма ограниченный спектр чувственных анализаторов, как в количественном, так и в качественном эквиваленте.
Услышав такую уничтожающую критику в адрес родных своих анализаторов, Лерка, тем не менее, ни капельки не обиделась на собеседника, да и что тут было обижаться. Поэтому она только поднялась с кресла и с вполне понятным волнением принялась расхаживать по комнате.
– Так это ты вещи по квартире расшвыриваешь? И, вообще, вытворяешь, бог весть что! – вновь обратилась она к невидимому своему собеседнику. – Слушай, а как это у тебя получается, если не секрет?
– Вопрос не имеет смысла, – мгновенно отреагировал невидимка-собеседник. – Я даже не понимаю его сущности. Частично находясь в вашем трёхмерном пространстве, я вынужден в нём жить и функционировать. Всё остальное же – незначительные побочные явления. Я за них не отвечаю.
– Зато мне приходится отвечать! – буркнула в сердцах Лерка. – Знаешь, как это нудно – прибирать каждый вечер! – она замолчала, новая мысль пришла вдруг ей в голову. – Слушай, а как ты со мной разговариваешь, если тебя здесь нет?
– Я здесь есть!
Голос звучал по-прежнему, ровно и бесстрастно, но Лерке вдруг почудились в нём какие-то обиженные нотки, что ли… Впрочем, скорее всего, это её только почудилось.
– Моё пси-поле сфокусировалось на твоём, – сообщил голос. – В результате у нас с тобой возникло временное общее пси-поле.
– Общее, что? – недоуменно переспросила Лерка. – Псих-поле какое-то…
– Общая пси-система, – пояснил голос. – Вернее, псевдосистема двойного пси-поля, целиком замкнутая на нас с тобой в вашем трёхмерном пространстве и, частично, в системе временно-пространственных двойных координат.
– Фантастика! – вновь прошептала Лерка, потрясённо и тщетно пытаясь переварить только что полученную информацию.
Она подошла к столу, постояла около него задумчиво, потом опустилась на стул. Некоторое время просто сидела, молча и неподвижно, как бы осмысливая разумом только что услышанное. И надо сказать, осмысление сие далось ей ох как непросто, ибо разум упрямо отказывался верить очевидному.
– Твоё пси-поле начинает меняться, – с готовностью сообщил голос. – Почему это происходит?
– Фантастика! – в третий уже раз прошептала Лерка. – Супер-класс! Скажи кому – не поверят!
– Не поверят чему? – поинтересовался голос.
Лерка не ответила. Она о чём-то напряжённо размышляла.
– Слушай, а как тебя зовут? – вновь обратилась она к невидимому своему собеседнику. – Я думаю, пришло время познакомиться поближе.
Невидимый собеседник ничего на это не ответил.
– Ну, имя у тебя есть? – видоизменила Лерка свой вопрос. – Хоть какое!
– Что значит, имя? – в свою очередь спросил голос. – Не понимаю сущности вопроса.