– Сделаю, сделаю! – торопливо пообещала Лерка. – Только вот… что же это за энергия такая? Сегодня была… – принялась она размышлять вслух, – а ведь не телевизор, не компьютер мы сегодня не включали… А что же тогда мы включали сегодня утром? – Ну, конечно! – Лерка даже подскочила от внезапной догадки. – Микроволновка! Как же я сразу не догадалась!
– Ты сделаешь, чтобы была энергия? – спросил Барабашка. – Очень необходима. Именно сейчас.
– Сейчас будет! – радостно закричала Лерка. – Айда на кухню! Накормлю, как в лучших ресторанах Лондона и Парижа!
Нет, с этим надо что-то делать!
Мать вздохнула и, захлопнув микроволновую печь, решительным шагом направилась в сторону Леркиной комнаты.
Лерка сидела за письменным столом и добросовестно занималась. А, может, просто делала вид, что добросовестно занимается. Во всяком случае, так или иначе, она дисциплинировано сидела за письменным столом и что-то читала.
– Привет, ма! – сказала она, не отрывая глаз от книги. – Ты что-то сегодня рано. Всё нормально?
– Нормально! – сдержанно отозвалась мать. Постояв немного у входа, она подошла к дивану, села. – А у тебя как?
Лерка оттопырила большой палец правой руки, потом она наконец-таки повернулась в сторону матери.
– А я химию исправила!
– Молодчина! – голос матери был весьма сдержанным и даже суховатым, чего дочь, впрочем, даже не заметила.
– Сама знаю! – отозвалась она, вновь утыкаясь в книгу.
Некоторое время они обе молчали. Мать всё никак не решалась начать тот разговор, ради которого она и зашла сейчас в комнату дочери, Лерка же продолжала добросовестно заниматься или просто делать вид, что добросовестно занимается.
– Ты снова включала микроволновку? – наконец не выдержала мать. – Зачем ты её снова включала?!
Лерка ничего не ответила.
– Я ведь запретила тебе это делать!
Лерка искоса взглянула на мать, вновь опустила глаза к учебнику.
– Ты включала микроволновку?! – снова повторила мать свой вопрос. – Да или нет?!
Вместо ответа Лерка лишь ещё ниже опустила голову к столу.
– Ты можешь мне ответить, зачем ты это делала?!
– Ну, ма! Хватит!
Такой краткий и крайне невыразительный Леркин ответ, матери, не то чтобы не понравился, во всяком случае, он её нисколечко не удовлетворил. Поднявшись с дивана, мать медленно прошлась по комнате, почему-то задержалась возле окна…
– Я запретила или нет?!
– Ну, ма!
Лерка отодвинула книжку, встала из-за стола и, подойдя к матери, осторожно к ней прислонилась.
– Понимаешь, – сказала она тихо, чуть слышно, – Барабашка снова проголодался. Ну, как я могла ему отказать!
– Хватит!
Резко отстранив от себя Лерку, мать снова подошла к дивану, вздохнув, тяжело на него опустилась. Лерка осталась стоять около окна, во все глаза она смотрела на сердитую мать. В комнате воцарилось напряжённое и довольно-таки продолжительное молчание.
– Ну, что ты на меня так смотришь?! – первой не выдержала мать. – Я сказала – хватит, значит – хватит! Довольно с меня этих дурацких выдумок!
– Барабашка не выдумка, мама! Он существует!
Высказав, а, вернее, выкрикнув это, Лерка вновь замолчала. Мать тоже продолжала сидеть молча… и вновь это взаимное и неловкое их молчание длилось довольно-таки продолжительное время. Не выдержав, теперь уже Лерка первой нарушила его.
– Ты мне не веришь, ма? – голос её даже задрожал от обиды. – Почему ты не веришь мне?!
– Веришь, не веришь! Причём тут это?!
– Притом! Ты должна мне верить, ма! Просто верить!
– Ничего я тебе не должна!
Разговор пошёл не совсем так, как планировала провести его мать, вернее, он пошёл совсем даже не так. Но всё равно, разговор этот нужно было довести до конца, ибо сколько можно!
– Тот участковый, – заговорила мать после очередного взаимного молчания, – он заверил меня на прощание, что всё дальше будет в порядке, что все эти явления должны сами собой прекратиться после его беседы с тобой…
Мать замолчала, как бы ожидая возражения со стороны дочери, но Лерка и не подумала хоть как-либо возражать, она по-прежнему молча смотрела на мать.
– И, видишь, он оказался прав! – продолжила мать, тоже внимательно вглядываясь дочери в глаза. – Всё действительно прекратилось после вашего с ним разговора. И я ни о чём тебя не спрашивала, мне достаточно было того, что весь этот кошмар закончился. Но тут… – она вздохнула и добавила каким-то другим, явно изменившимся голосом: – Тут вдруг появился этот твой… Барабашка!
– Ты всё ещё думаешь, что это я! – обиженно закричала Лерка. – Ты думаешь, что всё это моих рук дело?! Но как я могла делать такое, как?!
Мать ничего не ответила. Она снова встала, подошла к письменному столу, как бы невзначай взяла в руки книжку, которую в самом начале их разговора читала (или делала вид, что читала) Лерка. Книжка и в самом деле оказалась учебником химии.
– Как я могла, к примеру, поднимать чайник в воздух? – никак не могла уняться обиженная до самой глубины души несправедливыми подозрениями Лерка. – И чем ты объяснишь тот факт, что…