В этот раз пустынники выбрали другой зал для завершающего приема. Стены песочного цвета с золотистыми вкраплениями, прикрытыми легкими, белыми, прозрачными тканями. Колонны украшены гирляндами невероятных ярко-огненных цветов, под темно-синим потолком – россыпь мелких гирлянд, отчего пространство напоминает ночное небо. А вот на столе – абсолютно простая посуда, глиняная, украшенная завитушками и рисунками с все теми же огненно-красными цветами.
Всех сразу пригласили к столу, и мы с Рафаэлем не успели подойти и поздороваться с Маркусом, Никой, Нараном и Эльзой, лишь приветственно кивнули им издалека.
Когда гости расселись, Хашан вскрыл пузатую бутылку вина и налил его в обычную глиняную кружку. Тут же официанты разнесли напиток среди присутствующих.
– Сегодняшний вечер организован по традициям моего народа, живущего на планете, где кругом, казалось бы, одни пески. И, чтобы выжить в них, нужно быть сильным и смелым, стойким и чутким к песням жарких ветров. И при этом уметь видеть красоту места, в котором живешь, места, которое считаешь домом, – оглядывая присутствующих, торжественно сказал он. – И пусть мы сейчас не на Зарише, но решили принести в последний вечер нашего пребывания на вашей чудесной Ариате свою атмосферу. Я поднимаю этот бокал за дружбу между нашими народами. Пусть, какими бы разными не были наши миры, и какими бы разными не были наши традиции, наше сотрудничество будет долгим и плодотворным!
Хашан приподнял кубок и сделал первый глоток. Гости последовали его примеру, и дальше ужин пошел своим чередом. Стол сегодня был один, общий, и я сидела рядом с Рафаэлем и Анхелем, ведя непринужденную, светскую беседу и прикидывая, как считать последних четырех пустынников, сидящих за столом.
Между подачей горячих блюд с закусками и десертом был небольшой перерыв, и к нам подошли Наран и Эльза, попросив Рафаэля отойти с ними для небольшого разговора. Я осталась за столом, находясь в поле зрения своего мужчины и по-прежнему прикидывая варианты, как за оставшееся время найти семейную реликвию Рафаэля.
– Нара Гвендолин, вы мне нравитесь, – неожиданно заявил Анхель, прерывая мои мысли. – И, если вы согласитесь стать моей парой, я буду безмерно счастлив.
От этой прямоты я на мгновение растерялась. Ведь знает же, что у меня есть жених, которого я люблю! К чему такое предложение на грани приличий? Про то, что мужчину не интересовали мои чувства и желания, это вообще отдельный разговор.
– Если дадите мне шанс, то я сделаю счастливой и вас.
И как такому объяснить, что сердцу не прикажешь? Что нельзя любить по заказу? Что порой любая забота и внимание ничего не значат, если внутри ничего на это не отзывается?
И что ответить, чтобы не спровоцировать очередной дипломатический скандал? Придется быть предельно вежливой и тактичной.
– Нар Анхель, вы не найдете со мной того, чего вам так хочется. Я бесконечно сильно всем сердцем люблю своего мужчину, – ответила, не сводя с него глаз.
– Вы мне отказываете?
Все-таки придется быть более прямолинейной. Похоже, с пустынниками другое не срабатывает.
– Да, – уверенно ответила я.
Мужчина нахмурился, сощурился, словно что-то обдумывал, но потом вполне вежливо кивнул.
За стол сел Рафаэль, уставился на Анхеля.
– Мне показалось, или вы только что пытались отбить у меня женщину? – поинтересовался ледяным тоном.
– По законам пустынников, как вы знаете, пока девушка не вышла замуж, она может в любой момент изменить свой выбор.
От Рафаэля ощутимо повеяло силой, и несколько ариатов и пустынников вздрогнули и поежились, как от холода.
В чем вот мы просчитались с самого начала? Почему нас до сих пор всерьез не принимают за пару? Ведь пустынники – эмпаты и, к тому же, способны улавливать любые запахи, они не могут сейчас не чувствовать, как мы с Рафаэлем неравнодушны друг к другу.
– Назовите мне хоть одну причину, почему вы поставили выбор моей женщины под сомнение, – выдохнул Рафаэль, и я, чувствуя, как за его невозмутимостью прячется целая буря, нашла и погладила его ладонь.
Чтобы там не думали пустынники, да чтобы там не думала вся Вселенная, другой мужчина мне не нужен. Только он. Мой ректор Звездной Академии.
– У вас до сих пор не назначена дата свадебной церемонии, – спокойно заметил Хашан, что прислушивался к нашему разговору. – Поэтому мой сын и счел возможным не терять надежду обрести свою пару. Вы сильная, яркая, достойная девушка, нара Гвендолин. Вы сможете выжить в пустыне и родить здоровых детей.
Хашан посмотрел на меня, перевел взгляд на Рафаэля, и я кожей ощутила, как его просто провоцируют затеять драку, и этого допустить нельзя.
– И это, по-вашему, сделает меня счастливой? – спросила я. – Жить на другой планете, в пустыне, с чужим мужчиной, к которому я ничего не испытываю?
Хашан едва заметно сощурился, явно не ожидая моего ответа.
– А что касается нашей свадьбы… Это вопрос времени, – заявил Рафаэль.
Эм… Это вот он говорит для отвода глаз или как?
