– Мы ждем возвращения из рейса сестры Гвен – Тайгетты и ее мужа, а также дяди моей невесты из экспедиции – профессора Ива. В такой чудесный день, как соединение судеб, хочется, чтобы близкие разделили эту радость с нами, – счел нужным пояснить Рафаэль.
Какой правильный ход! И как я сразу не додумалась сказать что-то подобное, растерявшись от такого давления и напора. Просто сколько я не вела переговоров, они никогда не затрагивали личных отношений.
– Ну, раз так… – Хашан улыбнулся и склонил голову, поднимая кружку с вином в знак закрытия темы.
В этот момент подали десерт, и я получила возможность передышки, предполагая, что это не последняя провокация и попытка переманить меня на свою сторону от пустынников за этот вечер.
Когда встали из-за стола, традиционно начались танцы. Рафаэль закружил меня по залу, склонился к щеке.
– Троих пустынников я проверил, остался только Гарх.
– Как выглядит? – спросила одними губами.
– Танцует с Тиарой чуть левее от нас. Мне к нему не подобраться, он из личной охраны Хашана, временно приглядывает за племянницей.
Кивнула, принимая сведения и прикидывая, как буду действовать. Весь следующий час я танцевала с разными пустынниками, получила еще два предложения руки и сердца. Никого не смутил ни наш разговор за столом, ни то, что я даже имен этих мужчин не помню.
Наконец, заметив, что Тиара собирается уйти из комнаты, явно направляясь в дамскую, и Гарх последовал за ней, я бросила короткий взгляд на Рафаэля и отправилась за ними. Как и ожидалось, Гарх внутрь не пошел, остался у выхода, и я, неловко подвернув ногу, ухватилась за мужчину.
С трудом сдержала эмоции, осознав, что этот мрачный, нелюдимый пустынник безумно любит племянницу Хашана. И это уже было не поверхностное чувство, а глубокое, проверенное испытаниями и годами. Прочитать большее я не успела, потому что долгое прикосновение вызвало бы вопросы. Смущенно отцепившись и извиняясь за неуклюжесть, проскользнула внутрь дамской комнаты, обнаружив у раковины Тиару. Девушка освежала легкий макияж.
Когда я вошла, из ее рук вдруг выскользнула помада, и я машинально наклонилась, решив поднять чужую вещь, и не учла, что Тиара сделает то же самое. Мы легонько столкнулись лбами, ойкнули и вновь вдвоем потянулись к губной помаде. Прикосновение к ее пальцам было едва ощутимым, будто девушка всеми силами старалась этого избежать, но мне хватило и этого мгновения, чтобы увидеть в памяти девушки браслет Рафаэля.
Все еще неверяще поднялась, выпрямляясь. И я, и Рафаэль все это время проверяли мужчин, один раз я коснулась жены Хашана, заведя с ней дружескую беседу, но совсем забыла про племянницу главы делегации! Почему-то никто ее даже не посчитал! Ни Маркус, ни Рафаэль…
Получается, Тиара обладает даром отвода глаз? Или умеет каким-то образом убирать из памяти лишнее воспоминание? Или и то, и другое? Оба дара связаны с эмпатией отдаленно, но что мы знаем о пустынниках? Есть ведь только общие сведения, собранные нашими дипломатами, а обо всех возможностях пустынников ариаты и не ведают.
Я ополоснула руки, подправила безукоризненный макияж, и едва Тиара, не подозревающая, что ее считали, вышла из дамской комнаты, я проследовала за ней и тут же набрала Рафаэля.
– Браслет взяла Тиара, – без предисловий сообщила я.
– Ты где? – только и поинтересовался Рафаэль.
– Через пять минут выйду в зал.
– Иду навстречу. Не приближайся к девушке, это может быть опасно. Если она смогла провести нескольких одаренных с сильным даром, ее способности непредсказуемы для нас.
От заботы и легкой тревоги в голосе за меня потеплело на сердце, и, едва завернув за угол, я оказалась в объятиях Рафаэля. Через две минуты появились Маркус с Никой, Наран и Хашан.
– Что происходит? – поинтересовался глава делегации пустынников.
За мужчиной замаячила охрана, но близко не подходила, держалась на расстоянии.
– Примерно две недели назад с выставки, которую устраивала моя мать – Герда Эрмер, известный искусствовед и коллекционер, пропала наша семейная реликвия, – прямо сказал Рафаэль, не считая нужным теперь играть иначе. – След привел к пустынникам. В частности, к вашей племяннице, наре Тиаре.
– Каким образом? – нахмурился Хашан, не веря нам ни на грош.
– У меня дар чтеца третьего уровня, – спокойно ответил Рафаэль, не сводя с мужчины глаз. – Я могу чувствовать вещь и на расстоянии, если требуется. Браслет находится в вашей делегации, экранируется каким-то мощным, неизвестным артефактом.
– Допустим, вы говорите правду. С чего вы решили, что он у моей племянницы? Вы посмели прикоснуться к ней? – в глазах Хашана плеснуло яростью.
– Это сделала я, у меня дар, схожий с моим женихом. Рафаэль читает вещи, а я – людей, – выложила правду.
Хашан напрягся.
– У нас верят словам одаренного, – заметил Наран. – И лишь из уважения к вашим традициям и обещанной гарантированной дипломатической неприкосновенности мы искали окончательное доказательство, Хашан.
В голосе одного из правителей Ариаты прозвучали стальные нотки, и мужчины столкнулись взглядами.
